И вдруг чувство вины испарилось. Логан понял, что Звонк говорит искренне. Она будет обращаться с браслетом очень бережно и осторожно, и места для него надёжней, чем у Звонк, он бы никогда не смог найти.
– Можно посмотреть? – спросил мистер Кан у Звонк. Она щёлкнула клювом и свирепо посмотрела на него, спрятав браслет в лапах.
– Ничего, – сказал ей Логан. – Ему можно.
«Смотреть можно, трогать нельзя», – заявила Звонк в ответ.
– Она разрешила посмотреть, но трогать не стоит, – объяснил Логан. Мистер Кан кивнул, и грифонёнок гордо показала ему золотой браслет.
– Откуда он у тебя? – спросил мистер Кан Логана. От большинства взрослых этот вопрос прозвучал бы как обвинение, но мистеру Логану, казалось, было просто любопытно.
Логан хотел объяснить Канам, что браслет можно оставить у Звонк, но так, чтобы она сама не решила, будто браслет не имеет значения и охранять его незачем.
– Это был браслет моей мамы. Её больше нет рядом, поэтому нужно, чтобы его охранял кто-нибудь смелый, кто знает, как он ценен.
«Я знаю!» – воскликнула Звонк, горделиво выпрямилась, как греческая статуя, и нахохлилась.
Мистер Кан слегка кивнул Звонк с уважением.
– Мы знаем, Звонк, ты сохранишь его в целости, пока не вернётся мама Логана.
Логан уставился на свои кроссовки, избегая чужих взглядов. Вернётся она, как же, жди.
– Останешься на ужин? – предложил мистер Кан и положил ему руку на плечо. – У нас к столу только спагетти, но думаю, ты их более чем заслужил.
– «Только спагетти!» – возмутилась миссис Кан. – Чтобы ты знал, я ещё фрикадельки из индейки для вас разморозила, негодники неблагодарные.
Звонк оживилась и обернулась к маме Зои.
– Да, и тебе тоже фрикадельку дадут, – улыбнулась ей миссис Кан. – Если вернёшься в вольер и больше не будешь вредничать.
«Не вредничать, – отозвалась Звонк. – Звонк теперь хранитель сокровищ». – Она осторожно нацепила браслет на крыло и вышла из гаража, не сводя глаз с драгоценности.
– Пойду прослежу, – решила миссис Кан. – И заодно скажу драконам добавить Логана в список разрешённых посетителей, чтобы нам не мешали ужинать сигналами тревоги.
Она вышла.
– Нужно только папе позвонить, но думаю, он не будет против, – сказал Логан мистеру Кану. Он очень радовался, что его до сих пор не вышвырнули вон. Несмотря на встречу со страшным незнакомцем в библиотеке и на потерю браслета, это всё равно был лучший день его жизни в Занаду. Что уж там, лучший с тех пор как ушла мама.
Боковая дверь вела из гаража прямо к Зои на кухню. Там было просторно и тепло, с потолка свисали медные горшки, на сушилке у раковины лежала целая куча таинственных приспособлений, а две плиты были заставлены кастрюлями. В оконной нише буйно росли травы и овощи, да так, что за зелёной листвой и крошечными красными помидорами подъездной дорожки в окне было почти и не видно. В комнате пахло чесночным хлебом и соусом спагетти.
Логан чуть не споткнулся об одного из церберов, который растянулся на тёплом серебристо-сером каменном полу. Огромный пёс только вильнул хвостом и даже не посмотрел на него. Зои нахмурилась.
– Шелдон, – проговорила она. – Ну почему ты не можешь хотя бы притвориться страшным сторожевым псом?
Шелдон радостно засопел в ответ.
– Можешь позвонить отцу вон оттуда, – сказал Блу Логану, указывая на арку, ведущую налево. Рядом с ней было сквозное окно, а за ним – другая комната. Блу стал носить туда тарелки и разномастные столовые приборы, которые ему подавала Зои.
Логан прошёл через арку и оказался в просторном зале. Та его четверть, что была ближе всего к кухне, служила своего рода столовой – там стоял огромный деревянный стол, который, судя по виду, очень долго пробыл деревом. Поверхность была неровной и обтёсанной, как настоящая древесина, а не полированной, как у большинства столов.
Остальная часть помещения, на две ступеньки ниже столовой, служила гостиной. Она тянулась до самой дальней стены дома и занимала большую часть первого этажа. На полу лежали плотные ковры, на стенах висели гобелены с мифическими созданиями, вдоль стен стояли удобные на вид диваны, повсюду на полу лежали огромные мягкие подушки, а в книжных шкафах, на низких столиках и в уголках набитых кресел лежали, казалось, сотни книг.
Телевизора не было, но у высоких раздвижных стеклянных дверей было нечто похожее на встроенные бинокли, которые Логан видел на смотровой площадке Уиллис-тауэр. Все окна выходили на покатые травянистые холмы и сверкающее в лунном свете озеро Зверинца. Логан сел на огромный деревянный стул у стола и вдруг ощутил прилив смертельной усталости. Он вытащил телефон и набрал номер отца.