Есть, готов! По-быстрому втягиваю снаряд к себе, чтобы выскочившее из-под вышки существо, ставшее леопëрдово-крапчатым, не спалило. Тихо ржëм - скрипя зубами и озираясь по сторонам, закипающий, как паровой котëл, зампотех, чертыхаясь и переваливаясь с боку на бок как утка, укочëвывает к гаражам.
Через пару секунд оттуда вылетает начпрод; прижимая к боку свою сумку и придерживая каску, улепëтывает в направлении пищеблока с такой скоростью, словно повстречал в проходе Вия. Где-то по базе рыщет комбат, хочет его сожрать - ночью из загона снова сбежали пауки. Точнее, их оттуда выпустили - доктор решил 'батю' подколоть и подложил ему на кровать одну из этих тварей, которая полезла посередь ночи целоваться... Следом за начпродом семенит завсклада с какой-то коробкой; странно, обычно они так кооперуются, когда хотят сделать подлость ближнему своему... Ах, вот оно что! Они же в медсанчасть перетекают, ниндзи хреновы. Сейчас даже точно скажу, что в коробке - у них там радиоточка с ультразвуковым динамиком. Ну да, руки у обоих из конкретной ж-жэ, сами спаять не могут... Док, тебя ждëт бессонная ночь, конкретно тебе говорю.
Шурочка вот наш, Лишенец, с дневальным, кружатся через плац наискосок в вальсе. Первый поспорил с Видиком, что сможет слопать живьëм сколопендру - нет, не каменную, ядовитую, эдакий полутораметровый ремень, а другую, норную, мелкую - но его своротило, и теперь второй вынужден составить ему пару в деле услаждения взора начхима. Далеко утанцевать не успевают - натыкаются на 'посла' от зенитчиков, восторженно заглядевшегося на самолëты.
- Хуле встал, с дороги!- сигнализирует Лишнев, и налетает на высокого гостя... Господи, ну какие же вы громкие! Неужели нельзя падать потише?! Того же мнения и начальник разведки, высунувшийся из окна штаба подышать - они там снова травят плесень:
- Ху-ле-ор-рë-те!!!- гремит над плацем и головами бранящихся.
- Иди на ... !!!- отвечает ему во всю молодецкую пасть дневальный. 'Уй!!! Уй!! Уй! Уй...'- отвечает эхо среди сопок. Эн-Эр грозит им кулаком и, грозя всë рассказать комбату, засовывается обратно, напялив маску противогаза.
- Прапорщик Лишнев... Ка-а-а мне-Е-Е-Е-Е!!!
Это появился на плацу Ужицкий...
- Чему детей учишь, з-заср-ранец!.. Пошëл давай!- и погнал радиста нашего куда-то к штабу.
М-да... Чудны дела твои, господи...
Пиф-паф
Решил как-то доктор зампотеха разыграть... Тот потому что его конкретно достал - то пошлëт своих орлов, и они скрутят фары с санитарки (а без фар - сам же зампотех выезда не разрешает...), то спаяет ультразвуковую говорилку с таймерным замыкателем и, спрятав ту в коробку, оставит под окнами кабинета; ночью говорилка начинает источать всякие звуки, вызывающие бессонницу и приступ болезни 'нижнего мозга'. Короче, было за что. А если бы и не было бы - так нашлось бы. Следующие сборы не скоро, и доку откровенно скучно.
Зампотех у нас - ондатр. То есть, пуглив до чëртиков, и вверх смотреть не умеет. Зато имеет прекрасную нервную систему, уступающую в реакции только таковой при броске калия в воду... Короче, вынашивал свой план Рашкин недолго, и с начсклада договорился тоже - быстро. Оно и понятно, дурное дело не хитрое... Натырил у него электродетонаторов и сигнальных ракет, понатыкал всю эту лабуду вокруг технической конторы, с помощью сапëров из роты инженерного обеспечения соорудил выносной пульт, и сел в засаду в ближайшие кусты. Всë, казалось бы, учëл - и время, и место, и грязную лужу рядом со входом, куда зампотех должен был пасть и улететь оттуда на брюхе низенько-низенько... Одного не учëл. Зампотех наш - кавалер Хелганского щита, участвовал в обороне Штальберга, и потому про поведение в боевых условиях знает не по наслышке.
И вот, час настал. Утро раннее, ЗПТ ковыляет с проходной в контору - он у нас ибо в городе ночует, пользуется служебным положением. Короче, идëт он к себе по привычному маршруту. В кустах у конторы притаился доктор с пультом, бдит, ждëт. Сонный зампотех срывает установленную медиком растяжку... И начинается. Хлоп, трах, бабах!!! Искры во все стороны, дым, свист, вой! Салют как на Девятое Мая!.. Пыщ, пыщ!
Зампотех, как и положено ондатре, хватается за голову руками и с громким 'Мля нах дожили!!' падает на землю, разувши пасть - прямо в лужу. Как следует в ней извозякивается - и, к удивлению доктора, выныривает рядом с ним в кустах.
- Воздух, ëпта!..- воскликивает зампотех и... И - внезапно выкидывает медика в самое светопреставление. В ту самую лужу. И замирает в кустах сам, закрывши голову и разувши пасть.
Доктор с ужасом в глазах вскакивает и, с глазищами по пять рублей, жуткими завываниями и дымящейся спиной, задаëт на полусогнутых жару в своë расположение. Из конторы выскакивают бойцы и, понимая, что тревога исключительно ложная, уволакивают шефа под руки к себе - пытающегося вырваться и сбежать в ближайший окоп.
Рога и копыта
Чемоданчик
'Корова', заходясь истошным рëвом, заходила на посадку.
- РОТА!!! НА ВЫХОД!!!
Ротный наш - такая лапочка!.. В смысле - такая сволочь... Его ни девушки не любят, ни пауки. Вообще, удивляюсь, как его на свет произвели, такого противного.
Именно благодаря ему у нас каждое утро - отчаянные скачки по азимутам, и каждый второй вечер - зачëт по тактико-специальной. Помешался он на ней, чес-слово, помешался! Говорят, что он во время Двухнедельной попал под самый первый удар и долго в одиночку шлындал по горам, партизанил, и получил за это 'Хелганский щит'... Но мы-то знаем - знаем, что он в это время ставил один из многих промышленных городков, и дело это было совсем в другой части планеты. Ну да ладно, к нам это не имеет ни малейшего отношения - пусть молотит винтом сколько ему угодно. Земля, как известно, слухами полнится, да и на амбаре тоже много чего написано - а в нëм тушëнка и дрова...
Мир, как известно, имеет форму чемодана. И вокруг чемодана же вертится. И только у горнострелковых частей при столичном гарнизоне она вращается вокруг походного рюкзака. Пакуя вещи на сборы, ротный трижды проверил и перепроверил всë, что в свой чемоданчик запихал. Благо, брать с собой много не требуется - всë снаряжение и оборудование предоставляют 'на месте' - а весь наш нехитрый быт укладывается, обычно, в пару смен одежды да умывальные принадлежности. Но, оказывается, бывает и иначе - список необходимого барахла занимал у него ажно пятьдесят наименований; не знаю только, каких конкретно и чего сколько. В итоге, чемоданчик у него получился - изрядно пухлый чемодан, чемоданище я б даже сказал. Лëтчики его чуть было не попëрли из салона:
- Э, джан, куда прëшь с таким баулом! Мы ж ща взбзднëм да не взлетим!
- Хе-ерня вопрос!- махнул ротный рукой, тактически отступая под прикрытие второго взвода и просачиваясь на борт вместе с ними. 'Корова' разогнала турбины, взвыла... И не взлетела.
- Ротный-джан, перегруз! Не тянет! Скидывай барахло!
- Ах вашу ж мать-перемать!- со смаком вякнул ротный, выгоняя роту на построение и перетряхивая у всех хурду.- Признавайтесь... Кто хомяк!!!
Хомяков - обладателей лишнего и ненужного барахла - не оказалось.
- Шляпы дырявые, ворса паучья!.. Или вы взлетите, или... Или я вас сожру! С потрохами!! Со всем ливером и вчерашним г..!!!
Попытка номер два. Не взлетели.
- Рота строиться мл-ля!!! Ху-урду к осмотру!..
- А может, они - что-то себе заныкали?!- резонно возразил Шурочка наш, Лишнев, получив от АГСника в бок - чтобы не задерживал движение.
Ротному - только того и надо. В глазах огонь, в башке западный пассат и винт на холостом ходу на макушке: