Когда я снова села за стол, то Ерофей продолжил:
— Наше решение таково. Вы немедленно ставите змеиные печати, мы закрываем их нашими тавро. Госпожа Каминская выплачивает за вас мне выкуп и мы расходимся мирно.
Святозар удивленно поднял брови на слове «выкуп», да и я сама удивилась, почему я плачу Ерофею, а не Палачу. И зачем при таком двойном решении вообще выкуп, но мудро промолчала, чтобы не увеличить свой долг.
Парни лишь напряженно кивнули. Девушки испуганно смотрели на нас, но когда Святозар пояснил тонкости всех ритуалов, явно успокоились. Похоже, они и правда любили друг друга.
Больше Ерофей никого не запугивал, с девушками, несмотря на грубые слова, обращался заботливо, а под конец озвучил еще несколько грамотных советов и всех отпустил. Но не меня. Меня он держал за запястье. И в итоге заставил уйти даже Лазара.
— Ну а теперь самая интересная часть. Ваш выкуп, Виола. Что же мне с вас потребовать? Знаете, я очень одинокий волк, никуда не выхожу, сучек не ебу. Но вот вас, Виола, я бы с большим удовольствием отымел во все дырочки. Абсолютно во все, — Ерофей шептал мне все эти пошлости на ухо, оттесняя к столу. Я чувствовала, что все лицо пылает от стыда... и возбуждения. Меня заводила его звериная грубость, потому все его действия были нежными и аккуратными. Он гладил мои руки, не давал мне упасть, пока направлял к столу. И голос его весь сочился жаждой.
— Иссаку Моранскому вы тоже такой выкуп предложили бы, Ерофей? — спросила я чуть охрипшим голосом, и он засмеялся, а потом резко усадил меня на столешницу и втиснулся между ног, оперевшись по обе стороны от моего тела руками.
Мы смотрели друг другу в глаза, и я лишь молилась, чтобы он не прочитал в моих, как я его люблю.
— Иссака я бы отымел ментально, госпожа Каминская. Вам же я жажду доставить удовольствие.
И поцеловал. Как будто у него снова гон. И мы снова в той спальне.
Глава 5
Ерофей не соврал. Он полностью погрузился в процесс моего удовольствия. Первым, что было соврано с меня стал вверх пуританского черного платья. Он расстегнул все мои пуговички и сдернул верхнюю часть платья вниз, по плечам, оголяя мое кружевное нижнее белье.
Я не сопротивлялась, потому что чувствовала, как он весь горит. Как тянется ко мне. Эту звериную жажду невозможно было перепутать ни с чем! Как бы Ерофей ни прятал свои чувства внутри себя, но как только мы оказывались рядом, то все мое тело наэлектризовывалось лишь от одного его взгляда.
И я не поверю, что и Ерофей ничего не чувствовал. Может быть, не считал нужным анализировать, но точно ощущал меня.
Или мне хотелось верить в то, что нашу связь можно восстановить.
Я не собиралась отталкивать его. Не собиралась запрещать Ерофею прикасаться ко мне, потому что любое его внимание было бесценным. Наставники были абсолютно правы — я открыла ящик Пандоры, и теперь мне будет очень тяжело без него на физическом плане.
Но я должна все преодолеть!
А сейчас насладиться его витальной силой.
— Ты слишком послушная, — вдруг хрипло произнес Ерофей. — Боишься, что обижу твоих упырят, когда в следующий раз попадутся в наши лапы? Или ваш Совет кровопийц отправил тебя к Святозару, чтобы ты попробовала посадить на поводок Палача, раздвинув ножки? Мы не настолько примитивны, Виола, — усмехнулся Ерофей, но поддел руками лямки моего лифа и опустил кружево, открывая грудь. Соски от холода моментально затвердели, и Ерофей уставился на них завороженным взглядом.
Я могла лишь гадать, что у него сейчас происходит в голове!
— То, что я позволяю вам, Ерофей, вы почему-то принимаете за мою слабость. Может быть, вы мне нравитесь. Вы не думали об этом? — улыбнулась я своему Зверю. Мне хотелось бы обнять Ерофея, прижаться к нему и попросить никогда меня не отпускать, но между нами осталась только его звериная тяга.
И меня это убивало. Думала, что ради нас, ради нашего ребенка я все выдержу, но оказывается это боль была сродни кислоте — медленно разъедало мое сердце и душу.
Я всеми силами удержала улыбку на лице и слегка прогнулась, приглашая к нашей сексуальной игре. Глаза Ерофея блестели золотом, и он неосознанно облизывал клыки. Он жаждал меня, а я, конечно, позволю ему все, что он захочет.
— Нравится самый неуправляемый оборотень во всех стаях, Виола? Меня невозможно приручить. Даже твое нежное тело не заставит быть меня послушным зверем. Ты выбрала мишенью не того оборотня, сладкая моя. Но от такого десерта я не откажусь.