— Знаю, что бесподобно, — подтвердил Марк невозмутимо. — Какой хочу Артефакт — такой и делаю.
— Неожиданно, — признал архивариус. — Но что-то в этом определенно есть.
— Ещё бы, — оскалился Марк. — Вся ЗвеРра тут как ладони! Священный бубен, все дела. Хоть шаманьте с ним, хоть в присядку пляшите. Ритуальная вещь.
Он отбил ложкой по коже: дон, дон, до-до-дон!
С подоконника спрыгнула Ниса. Взяла у Марка бубен и ложку. Рыжие лисие хвосты украшали её рукава и плечи, игриво покачивались.
Ниса грациозно повторила движения Марка, заставила бубен загудеть и рассмеялась. Лисьи хвосты колыхались в такт ударам.
— И, кстати сказать, условием Полярной Звезды, дадшей, то есть давшей ЗвеРре новый Артефакт, будет его, Артефакта, публичность, — не давая звеРрям опомниться, сказал Марк. — Ну что, берёте?
— Я условие не понял, — честно признался зубр.
— Его нельзя прятать, как тот, утопленный. Чтобы все видели и знали, и были по отношению к Артефакту в равных условиях, — пояснил Марк. — Чтобы никогда не смогла повториться гадость, в которую по милости вашего пророка я вляпался.
Он положил звеРрский бубен на стол и сел прямо на пол у кровати. Вытянул ноги, а руки заложил за голову.
Илса тихонько переместилась с подоконника поближе к Марку, точнее не к нему, а к траектории броска Лунного волка, если волк решит вдруг добыть голову последнего человека прямо сейчас.
— Когда сам участвуешь в событиях, делающих историю города, всё как-то не так выглядит, — признался глава зубров. — Когда читаешь об этом — интереснее. Возвышеннее, что ли…
— Угу, Последняя Надежда на полу не сидит и джинсы у неё не рваные, — подтвердил Марк. — А ты, Акелла, что скажешь?
Лунный волк ответил не сразу. Повернув голову, медленно осмотрел Илсу, потом перевел взгляд на сито с картой.
— Волки признают Артефакт, сделанный Последней Надеждой ЗвеРры ради спасения города, — сказал он бесстрастно. — Если будет прорван Круг Безумия.
Лунный волк спрыгнул с кровати, обошёл главу зубров, толкнул дверь и исчез.
Обитатели мельницы прильнули к окнам. Сверху было хорошо видно, как после появления Лунного волка на лестнице, живая волчья цепь рассыпалась, волки один за одним уходили в свои Башни. Некоторые на ходу перекидывались в человеческий облик.
Сам Лунный волк одиноко ушёл в сторону Могильников.
— Из огня, да в полымя, — вздохнул Марк, отходя от окна и снова садясь на пол. — Условие вполне логичное. Только поди выполни… Зря я, выходит, старался.
— А может быть, Лунный волк передумает? — тихо сказала Ниса, поглядывая то на Марка, то архивариуса, то на зубра.
— Не похоже, — отозвался её отец. — Он сам много раз пытался прорвать Круг Безумия, чтобы увести из города волков — и не мог.
— Волки своё слово сказали, — произнёс глава зубров. — И мы его слышали. Зубры скажут своё слово завтра. Марк, жду тебя вечером у костра: проводишь меня к Могильникам.
И тоже ушёл.
— Птека, у тебя там самогону не осталось? — жалобно спросил Марк.
— Не-а, — отозвался Птека с кухонной лестницы. — Ты в прошлый раз всё выпил.
Он, оказывается, сидел на ступеньках в обнимку с корзиной пряников, слушал разговоры звеРрей и жевал.
— Тогда компоту дай… — вздохнул Марк. — В горле пересохло…
Птека поставил корзину пряников на стол, рядом с новеньким Артефактом, и пошёл за кувшином.
С чердака спустился взъерошенный росомаха — пока он сидел на флюгере, ветер прочесал его шубу вдоль и поперёк. Росомаха не слазил с крыши, пока не исчез последний волк, да и после этого подождал чуть-чуть, на всякий случай. И лишь потом отлепился от древка знамени.
Росомаха сел на пол рядом с Марком.
— Плохо, да? — угадал он безошибочно.
— Лунный волк сказал, что Марк должен прорвать Круг Безумия, — объяснила Ниса.
— Угу, а до полной луны неделя, — подтвердил Марк. — А я после первой попытки шесть дней в коме лежал.
— Ты лежал не в коме, а на кровати, — уточнил росомаха. — Мы же сами тебя положили, а в ком ежи сворачиваются.
— Я хотел сказать, что лежал без сознания, — поправился Марк.
— Вот так и говори. Ты же не ёж, — велел росомаха.
— Благодарю за разрешение! — рассердился Марк.
Ниса взяла пряник из корзины и тоже села на пол.
— Нужно что-нибудь придумать, — примирительно сказала она.
— Ага, чисто техническое решение, — ехидно подтвердил Марк. — Сжечь этот шиповник к чёртовой матери!
— Хорошая мысль, — тоже взял пряник архивариус. — А давайте над этим подумаем: как можно уничтожить шиповник. Обычный.
Птека принёс из кухни кувшин с компотом.
— О чем спор?
— Я предлагаю поджечь шиповник, — Марк взял кувшин, припал к нему.
— О-о, — с уважением сказал Птека. — До такого никто у нас не додумался. А разве он горит?
— Мне это тоже интересно.
— Он не горит, — хмуро сказала Илса. — Я пыталась его поджечь. Бесполезно.
— Когда?! — удивились Ниса с Дисой.
— Когда-когда… Пыталась — и всё тут. Похоже, у нас тут каждый пробовал Круг Безумия порвать тем или иным способом, — вздохнула Илса.
— С огнём понятно. А иным, это каким?
— Я пробовала навалить на него валежник и перебраться, — призналась Диса. — Тоже не получается.
— А-а-а… — протянула Илса. — До валежника я не додумалась.
— А я хотела между двумя кустами проскочить. В лисьем облике, — поделилась своим опытом Ниса.
— И все потерпели крах, — подытожил Марк. — Какая досада!
ЛУНА ПРИБЫВАЕТ
Ночь шестая
Вечером по поводу того, кто пойдёт с Марком и главой зубров в Могильники, развернулось целое сражение. С воплями "а ты кто такой ваапще?!" и угрозами "сами тогда варите!".
Марк пригрозил, что если все не утихнут, он с размаху наденет звеРрский бубен кому-нибудь на голову, и на этом ком-то полностью будет лежать ответственность за гибель второй святыни.
Потом он властью Полярной Звезды распределил: росомаха с Нисой сторожат мельницу снаружи, на лестнице, Птека с архивариусом сторожат мельницу изнутри. И бубен, то есть Артефакт, тоже сторожат. А Диса с Илсой, так и быть, могут прогуляться до Могильников. Но без фанатизма.
Птека сказал, что Артефакт нужно спрятать в надёжное место.
На что Диса ехидно предложила укрыть его в Волчьих Могильниках.
Марк молча забрал бубен со стола, поманил Птеку: вместе они поднялись на чердак, и Марк показал звеРрику тайник, где он нашёл астролябию и подзорную трубу. Туда и убрали новоиспеченный Артефакт.
Бумажный лист на шесте просох, можно было снимать. Но что написать в качестве Предсказания — Марк по-прежнему не представлял.
Солнце село и снова запылали костры у мельницы.
Правда веселья возле них поубавилось: эйфория новизны прошла.
Марк в сопровождении Илсы и Дисы спустился к зубрам. Глава зубров решил большую свиту с собой не брать, ограничился парой высоченных телохранителей.
Когда вышли за лагерь, Диса и Илса неслышно растворились в темноте. Марк был этому только рад: темнота перестала быть угрожающей, раз в ней спрятались лисички.
Глава зубров хотел прихватить с собой факелы, но Марк отговорил его, объяснив, что это лишнее. Лунный свет, туман и печаль — вот что подходит зверю из Могильников. Зубр пожал плечами, но спорить не стал.
Половинка луны плыла по небу. Туман был реже и ниже, чем в прошлый раз, он скромно стелился по берегу полупрозрачной кисеёй.
Глава зубров не спотыкался на камнях, подобно Марку, о нет: он топал так, что галька разлеталась в стороны. Зыбкая рогатая тень плыла рядом по туману. Не оставала от своего главы и свита.
Заметив, что Марк не успевает за ними, глава зубров притормозил, подождал шестого человека.
— Странно, но я ни разу здесь не был, — заметил зубр. — У зубров считалось глубоко неприличным заходить на территорию других звеРрей. Вот дураки-то мы были…