Тут трое мужиков вытащили из избы упирающегося татя, сильно пьяного.
– А ну отпустите гада! – крикнул Егор и направился к крыльцу. – Кто таков?
Разбойник мутными глазами смотрел на Егора и не находил слов, больше ругался. Пришлось двинуть ему в харю, и это сразу отрезвило.
– Господин, что я? Заставили, ироды. Вот крест тебе! – истово крестился, не стирая кровь с лица. – Простите дурака, Христом Богом умоляю! Я тут же хватил кружку и с голодухи свалился под стол! Мужики могут подтвердить!
– Ты, гадина, забыл вспомнить, как бил нас кнутом, медовухи требовал! – вопил жилистый мужичок с подбитым глазом. – Кат и вор проклятый! Не верь ему, боярин!
– Ладно, всё и так ясно и понятно, мужики. Всё, что они у вас отобрали, возвращайте сами, как положено. Где их кони? Ведите сюда! Надо глянуть.
Привели одиннадцать кляч. Как и говорила Настя, кони очень истощённые. И Егор, осмотрев их, заявил решительно:
– Нам такие не подходят, мужики. Забирайте себе. Откормите – будет вам большое подспорье в хозяйстве. А нам устройте ночлег. Мы воины великого князя Димитрия, несём государеву службу. И нам ещё поесть бы, а то уже неделю в дороге, а жратвы мало дали. Можно и коня одного забить. Всё мясо будет. Но тут сами решайте. Кони ваши.
Крестьяне подобострастно поблагодарили и тут же разместили воинов по избам.
Утром Егор распорядился не спешить и согласился дать людям отдых ещё до следующего утра, заметив решительно:
– Дело доброе сделали, так можно и передохнуть. Коням тож стоит дать отдых. Они нам нужны свежими и сильными. Как хоть ваша деревня прозывается, мужики? А то расстанемся и не сможем отчитаться перед воеводой.
– А ты откель к нам прибыл, боярин? – спросил тот самый мужик, тощий и маловатый ростом.
– Что на мой вопрос вопросом отвечаешь, холоп? Или что скрываешь? Ну-ка говори честно, в чём тут у вас дело!
Мужичок помялся. В глазах виделся страх, но всё же ответил:
– Дак, воевода, господин мой… нас тут вроде бы и нет…
– Как так? – удивился Егор. – Поясни-ка!
– Дак что тут скрывать, боярин. Беглые мы. Забрались в такую глушь от поборов и набегов разных. Вот как сегодня, боярин! Кругом же голод, неурожаи, а всё одно поборы не уменьшают. Вот и подались сюда. Уж помилуй нас, грешных. Позволь уж не называть нашу деревеньку!
Егор надолго задумался. Оглядел толпу и своих воинов. Никто вроде бы их не слышит, все заняты своими делами и обсуждениями. И он молвил, вздохнув:
– Христос с тобой, мужичок! Пусть будет так. Мне какое дело, а вам жизнь без поборов и притеснений. Живите себе спокойно, а мы завтра уедем, и никто вас не найдёт. А как же с Богом? Молитесь?
– А как же, господин наш! Как без Бога-то? Грех! Есть часовенка малая, чтоб, значит, видна не была.
– Занятно говоришь. Не ты ли попом будешь?
– Вроде того, господин наш!
– Ладно, поп, – усмехнулся Егор. – Живите!
Запасшись харчами, отряд Егора продолжил путь на полдень. И через два дня встретили отряд татар человек больше двадцати.
Передовой дозорный Ефим прискакал к отряду. Лицо возбуждённое, глаза горят лихорадочно.
– Что случилось, Ефимка? – тут же спросил Егор.
– Татары! Впереди речка, а на другом берегу прошли татары, человек больше двадцати. Идут на рысях, спешат словно. Может, передовой отряд лазутчиков?
– Что тут разведывать? – удивился Егор, – Идём, глянем вместе. Далеко до речки? Вечер близится, а погода хмурится.
– До той речки не больше двухсот шагов будет.
Близко!
Подскакав к опушке леса, увидели удалявшийся отряд конников. Разобрать в них татар не удалось, но не верить Ефиму Егор не мог. Лишь спросил:
– Ты точно знаешь, что то татары были? Не ошибаешься?
– Что тут ошибаться, Егорка! Сам посмотри, сколько саженей до речки. А от берега они скакали не дальше пятидесяти шагов. Прямо за деревьями, что растут по обоим берегам. И речка не шире трёх саженей.
– Следуем за ними, но скрытно. Хочу хорошенько всё рассмотреть. Потом и решим, что с ними делать. – И Егор дал коню шенкеля.
Через полчаса он, продравшись через кустарник, растущий вдоль берега, перевёл коня на рысь и стал наблюдать за отрядом. То были настоящие татары. На разведку не походили, и Егор посчитал их разбойным отрядом, что вышел на осенний разбой. К зиме захотелось, видимо, грабанутъ несколько деревень – и смыться к себе в Орду. Егор проследил, как отряд исчез за излучиной речки, лишь потом сошёл на землю, чтобы немного передохнуть и размять ноги. Конь потянулся к пожухлой траве.
Сидя на поваленном дереве, размышлял, пытался найти способ остановить отряд, не дать ему пограбить несчастных сельчан. Их и так было очень мало в этих местах, чтобы позволять таким шайкам безнаказанно опустошать деревни.