– Думаю, что уже поздно, Егор, – серьёзно заметила Анна. – Он уже знает или догадывается, что произошло на дороге. Он, конечно, трус и не станет рисковать собой и лавкой. Его и след простыл, уверена.
После долгого раздумья Егор вынужден был согласиться с доводами Анны. И, повеселев, заметил:
– Тогда завтра мы отправимся в таверну в городе и отпразднуем успех. Он, правда, неполный, но успех всё же имеется. Тем более что «Звезда» осталась у нас. Так что мы сможем её и там продать, если найдётся покупатель. А он обязательно будет. Тогда наша жизнь круто изменится к лучшему.
– Я только об этом и думаю, милый мой Егорушка! – произнесла довольная Анна и крепко поцеловала мужа в губы.
Утром они втроём отправились в порт. Он был маленьким, но там уже стояли у причала три судна. На одном из них они собирались уйти в Кафу. Кормчий узнал Анну, Егора не признал и удивился, когда она ему сказала.
– Что вас побудило так измениться, синьор? – спросил моряк учтиво.
– Решили полностью поменять жизнь. Не стоит выделяться среди таких знатных и красивых людей, как италийцы!
Его лесть понравилась кормчему, и он, поклонившись, сказал:
– Вы смелые люди, синьоры! Не отменили своё путешествие в Кафу? Мы отходим послезавтра. Не опаздывайте. Каютка для вас прибрана. Вы ведь задаток уже уплатили. Буду ждать, – улыбался моряк, чуть кланяясь.
– Хоть бы скорее наступило это завтра! – Егор явно нервничал, и Анна хорошо его понимала.
Егор порывался вернуться в Тану и тайно узнать хоть что-то о том еврее. Но Анна стояла на своём, уверяя его:
– Тебе никак нельзя туда ехать Егорушка! Мы с тобой тут чужие, новые люди. Тебя легко признать, и люди того жида обязательно схватят, коль ты появишься.
Егор задумался и постепенно начал понимать, что Анна говорит дело. Зачем рисковать, когда завтра они могут навсегда покинуть Тану и забыть про всё, что тут произошло. А сегодня им необходимо переждать в селении, так же тайно вернуться в город и сесть на судно. А там через два-три дня высадиться в Кафе.
Кафа встретила новых жителей гамом многолюдья и суетой значительного города. Особенно занимало зрелище большого рынка-базара рабов. Их выставляли напоказ, и покупатели осматривали их, словно скотину. Несчастные с трудом и страхом терпели такое унизительное обращение, боясь за малейшую провинность получить десяток ударов бичом или даже лишиться руки или головы.
– Вечереет уже, – заметил Егор после долгих хождений по городу, знакомясь с ним и прикидывая, какова тут жизнь. – Переночуем на постоялом дворе. Я его уже видел. А завтра начнём смотреть снова. Ты устала, Анюта! А Ленка уже спит на плече. Бедное дитятко!
– Скорее б, Егорушка! Ножки не держат.
– Давай мне Ленушку, а ты маленько отдохни. Донесу сам.
– Ты и так обвешан вещами. Трудно ведь.
– Снесу, не беспокойся. А ты иди налегке. Всё легче тебе будет.
В крохотной каморке под лестницей они с наслаждением растянулись прямо на земляном полу, что был устлан соломой. Зато они одни, и никто им не докучает. Дочка спит, уставшая и голодная. Однако тут были слуги, которые, с дозволения постояльцев, приносили им еду и питьё прямо в каморку.
Дополнительно заперев дверь и спрятав под солому ценности, Егор с Анной и дочкой заснули. Анна тревожилась о том, как пройдёт ночь в незнакомом месте, и Егор знал, что она легко проснётся даже при едва слышном шуме у двери. Такое он наблюдал не раз и уже полностью доверял супруге. Но ночь прошла вполне спокойно, и это вселило в них надежду.
– Будем искать домик для начала, – предложил Егор. – В ночлежке не стоит ночевать. Можно подальше от крепости, ближе к морю. Там и рыбу дешевле купить можно, и вообще… Тебе понравилось море?
– У берега – да, но на судне слишком страшно, – улыбалась Анна усталой улыбкой.
– А мне нравится везде. Простор и волны. Красиво! Обязательно буду рыбу ловить. Люблю её страсть как! А ты?
– Я люблю плов, – улыбнулась Анна, и Егор понял, что обязательно с нею сварит плов, как только поселится на новом месте. – Только это потом. Сначала нам стоит обменять медь на серебро или даже золото. Таскать столько глупо.
В первой же таверне они сумели обменять мелочь на сорок монет серебра, что сильно облегчило их ношу. А после полудня наконец нашли домик в двухстах шагах от моря, где хозяин согласился за две монетки серебра сдать его на месяц. Сам он перешёл во флигель, который стоял шагах в пятнадцати в садике.
– Это значительно лучше, чем в Тане, – заметил Егор. – И колодец рядом, и море близко. И садик хоть и небольшой, зато рядом. Хозяин разрешил там отдыхать в тенёчке. Мне нравится.