Выходила после утреннего моциона я собранная как физически, так и морально, а ещё немного самодовольная. Потому что да, у меня вышла «Тропа»! С третьего, правда, раза, но этого же никто не видел. И стелилась она теперь под ноги ковровой дорожкой, словно приглашая скорее отправиться в путь.
Но проблемы тоже имелись, куда же без них. Тогда, в кабинете, Лизард предупреждал, что заклинание очень энергозатратное. Но лишь сейчас, а не вчера, во время первого вызова, я сумела в полной мере прочувствовать, о чём речь. Источник, лучистый клубочек, сегодня куда более дружелюбный по отношению к своей хозяйке, после открытия тропы потускнел до бледно-серого цвета и словно съёжился, а в груди поселилось ощущение пустоты. Я не чувствовала себя уставшей или измотанной, как можно было бы предположить, но отсутствие энергии, именно магической энергии, к которой и привыкнуть-то толком не успела, игнорировать не удавалось. Сложно представить, каково бы пришлось тому, кто со своей магией на ты.
— Светлого утра.
Я едва не подпрыгнула на пороге, совершенно не ожидавшая, что Тиа уже проснулся. А он успел не только встать и одеться, но и застелить обе кровати, что совсем не вязалось у меня с привычками аристократа. И устроился теперь в изножье своей, копаясь в сумке и пугая несчастных девушек.
— Доброе утро, — стесняться я, понятное дело, не стеснялась, но вот то, в каком тоне продолжать общение, придумать не могла. Сделать вид, что ничего не произошло, было заманчиво, но кто даст гарантии, что сегодняшним же вечером «незабываемые ощущения» не вернутся вновь? Но и обсуждать эту тему желания совершенно не было. Так и не придумав, что сказать, выдала. — Ванная в твоём распоряжении.
Вампир кивнул рассеянно и поднялся:
— Хорошо. Завтрак я заказал в номер, скоро принесут. Откроешь?
— Да, конечно, со всем разберусь, — я посторонилась, пропуская жениха в санузел и, лишь дождавшись шума воды, облегчённо выдохнула.
Чёрт бы побрал эти инициации и иже с ними.
Деликатный стук в дверь раздался буквально через минуту, но открыв её, я обнаружила вовсе не сотрудников гостиницы, а маму. Тоже собранную и явно нервничающую.
— Ты в порядке? — стоило впустить её в комнату, и моё лицо обхватили ладонями, словно выискивая в нём что-то.
— В порядке, — настороженно подтвердила я. — Что-то случилось? — и тут же почувствовала желание ударить себя по лбу. Конечно, случилось. Вчера её дочь изобразила полуобморочную леди посреди зала, а не соизволила сообщить, что с ней всё хорошо. Я на секунду прильнула к маме, обнимая её за талию. — Прости заразу, вчера не до того было, а сегодня думала, вы ещё спите.
— Леастиан сказал вчера, что ничего страшного не произошло, и ты уже спишь, но я всё равно беспокоилась. Как себя чувствуешь? Ничего не болит?
— Правда, всё хорошо, — приятно удивившись, что Тиа не забыл унять мамино беспокойство, подтвердила я. А затем, подумав, призналась. — Боюсь, это со мной произошло не в последний раз…
Мама непонятливо прищурилась. Да, в двух словах о таком не расскажешь. Вода в ванной всё ещё шумела и я, понадеявшись на то, что она заглушит разговор, принялась торопливо каяться.
Завтрак уже принесли, причём на четверых, а не на двоих, и тай исходил паром из носика симпатичного подобия чайника, а Тиан всё ещё не вышел. Вот уж лягушка, даже я быстрее управилась. Мама, как и ожидалось, к подробностям вчерашнего «недомогания» отнеслась хоть и с беспокойством (о подобных последствиях инициации отец ей точно не рассказывал), но абсолютно адекватно. Впрочем, как я и говорила, отношения у нас с ней были весьма своеобразными и многим казавшимися чрезмерно откровенными. Ни одна из моих подруг и приятельниц, даже тех, кто сами уже обзавелись детьми, не могла похвастаться тем, что может обсудить с матерью любую тему. И получить в ответ реальную помощь, а не разнос «ах, как ты могла!» и «ах, как же тебе не стыдно!»
Но в данном случае, кроме моральной поддержки и совета всё же связаться с бабушкой, помочь было нечем. Совет я, кстати, снова отвергла.
— Ну, не знаю, маленький, тут сама решай, но мне кажется, матушке точно должно быть известно, происходило ли подобное с кем-то ещё.
— И сильно поможет, если я буду знать, что не одна такая, уникальная, — с сомнением поморщилась я.