— Ох, — расправившись с остатками содержимого бокала, произнесла я, — это нечто... не знаю... определённо божественное.
— Ты недалека от истины, — улыбнулась мама, пока Эйли наполнял бокалы, на этот раз четыре, заново. — По легенде, именно в этот сорт матэ превратились слёзы, которые Тиала, богиня мира, спокойствия и благоденствия, пролила над бездыханным телом своего возлюбленного, бога войны и ярости Сартана. Сартан, когда Тиала собрала слёзы в кубок и напоила его, конечно воскрес. А кровь, вылившаяся из его ран, превратилась в другой сорт матэ.
— Неужто «Кровь Сартана»? — поинтересовалась я. Да, фантазия у здешних сомелье ни к чёрту.
— Угадала, — словно подслушав мои мысли, подмигнула мама. — На самом деле легенда куда более длинная и изобилует всяческими подробностями, но смысл я передала верно. Так что «Слёзы» считаются более лёгким и женским матэ, а «Кровь» — более крепким и мужским. Но это так, предрассудки.
Со всей этой дегустацией я едва не забыла, зачем вообще решилась нарушить мамин покой. А когда вспомнила, забыла уже про вино и все остальное.
— Мамуль, я хотела тебе кое-что сказать... — неуверенно начала я, отставляя посуду и сцепляя пальцы в замок. Эйли вскинул голову, Трамиш слегка нахмурился. И лишь мама осталась безмятежно спокойна. Ровно до моих последующих слов. — Это касается Ларана. Эйлиаш кое-что рассказал, пока мы беседовали. Мам, он пропал. Спустя пару дней, после тебя.
— Что значит — пропал? — словно не понимая моих слов, переспросила она.
— То и значит, — вмешался уже Трамиш. — Не доехал до шахт, куда должен был отправиться, но и домой не вернулся. Его братья сказали, что доминг пришёл с вещами, а Ларана и след простыл. Поэтому все решили, что вы убежали вместе.
— Нет, — мама мотнула головой, отчего коса упала за спину. — Я неделю просидела, не отходя от портала и нескольких десятков метров. Если бы Лар прошёл через него... Мы не могли разминуться! Подожди, а Котти? Она должна была передать ему записку. Руку даю на отсечение, маменька выжала из неё всю информацию. Что сказала Котисса? Где она сейчас?
— Естественно, мать из твоей компаньонки едва душу не вытрясла. Но та всё твердила, что ничего не знала о твоих планах, и крепко спала всю ночь в собственной постели. Зато нам с Ари рассказала о вашем уговоре. И о том, что твой вампир так и не пришёл — ни на следующее утро, ни потом. А сейчас она в арле ди Кастель. Когда мать пообещала вызвать менталиста, если она не скажет правду, Лизард заступился за неё и забрал с собой.
— Подожди, Лизард? Младший брат Лара?
— Именно. Сейчас у них счастливая семейная жизнь и двое сыновей. Видел в городе недавно.
— Вот это да... — слегка неверяще протянула мама. — Хотя, что я удивляюсь. Котисса умница, красавица, да и характер у неё на замечательный. Я очень за них рада. Стоп, так значит, что я могу сама с ней встретиться, и обо всём расспросить. Трам, моя Пума…
— В порядке она. Тоже наутро вернулась. Правда кроме Эйли никому на себя садиться не позволяет. Но, может, ты хоть утра подождёшь? Вампиры, конечно, не люди, но на ночь глядя являться не слишком вежливо.
— Прости, отвыкла от здешних правил вежливости, придётся вспоминать. Хорошо, подожду утра. Но, может, хоть вестника отправим? Ну, чтобы наш визит не стал неожиданностью.
— Будет тебе вестник, — улыбнулся такому нетерпению Трамиш, и поднялся.
Мама коснулась моей ладони, и поспешила за ним по направлению к двери.
— Вестник — это кто? — поинтересовалась я у Эйли, меланхолично допивавшего матэ.
— Артефакт. Создаёт магических голубков, для отправки писем или мелких вещей. Довольно удобная штука, даже мать это признавала, несмотря на всю свою нелюбовь к магам. Хотя, подозреваю, это всё потому, что ей самой, в отличие от отца, не досталось ни искры дара.
Признаюсь, до этого момента я мало задумывалась насчёт наличия или отсутствия в этом мире магии. Хватало и другой информации. Зато сейчас озаботилась этим вопросом. Логично предположить, что если здесь есть вампиры, оборотни и демоны, есть и другие расы. А, насколько мне известно, те же эльфы и драконы, да и многие другие — существа суть магические. Поэтому удивлять это не должно. Разве что, вызывать любопытство как всё, чуждое и неизвестное.