— Может, расскажешь мне немного о вашем мире, если несложно? Хотя бы в общих чертах, — попросила я дядю. — А-то о Земле вы послушали, а я о Нейлине совсем не в курсе. Надо же с чего-то начинать, — и что-то подсказывало, что чем раньше я начну, тем лучше.
— Несложно, конечно, — подхватывая с блюда пару яблок, отозвался Эйли. — Только не Нейлин, а Нейлил. Пойдём в библиотеку? Там карта есть.
Карта оказалась выполнена весьма достойно, с тщательно прорисованными в серых тонах границами материков, стран, морей, рек, и прочих объектов. Названия тоже были подписаны, но их я, понятное дело, разобрать не смогла — буквы и близко не были похожи на привычную кириллицу, или хотя бы латиницу. Разве что на лидийский алфавит или руны, своей угловатостью и знаками, похожими на «птичьи лапки». Обидно, кстати. Я надеялась, что большого труда научиться читать по-нейлильски не составит.
— Устраивайся, — Эйли подтащил поближе кресло, сам присев прямо на стол и удобно вытянув ноги. И я, последовав его примеру, умостилась боком, свесив ноги с подлокотника. — Ну, что тебе рассказывать? Преподаватель географии из меня никакой, сразу предупреждаю.
— Да не нужен мне урок, всё равно половину не запомню, — отмахнулась я, представив, как он начинает сыпать названиями всего этого великолепия на карте. — Просто, в общих чертах… Ну, кто тут водится, например, кроме людей и вампиров?
— Ну ладно, — хмыкнул он, перебрасывая мне одно из яблок, и совершенно неаристократично вгрызаясь во второе, — слушай. Когда-то наш мир создали четыре демиурга. Три брата — Дракос, Деймос и Горден, и их младшая сестра, Эньен. И рас сначала было тоже четыре — драконы, демоны, гномы и эльроу. Собственно, их сейчас и называют изначальными, благодаря чему представители считают себя лучше других.
Ну, логично. С одной стороны. А с другой, фраза про первый блин комом тоже не на пустом месте возникла. И то, что названия рас слишком созвучны с именами самих создателей, тоже любопытно. Интересно, это местный переводчик в моей голове шалит, или на земле действительно откуда-то узнали о драконах, демонах и иже с ними?
— А эльроу это кто? — осознав, что последнее слово мне не знакомо, уточнила я.
— Светлые эльфы. С тёмными, дроу, лучше не путать. Назовёшь не так, и всё, здравствуй, семейный склеп.
— Поняла, не буду, — если когда-нибудь встречусь с ними, что весьма сомнительно. — Кто дальше?
— Второй волной созданий стали оборотни Дракоса, вампиры Деймоса, саниры Гордена и дроу Эньен. Потом… единороги, русалки, феи, гоблины — это уже пограничники, у них не один создатель, и они малочисленны.
— А люди? — так заинтересовалась я, что пропустила неведомых саниров, в ряде уже знакомых рас.
— Что — люди?
— Ну, они чьи? Какого из демиургов?
— А люди — это зараза, которая проникла из другого мира, и расплодилась здесь, — откликнулся Эйлиаш.
Я удивлённо взглянула на него. Сравнить собственную расу с заразой — это определённо было смело. И странно. Но спорить бы с ним я не стала. Стоило только вспомнить, во что превратили Землю те, кого она кормила, растила и защищала столько тысяч лет. А ещё разум зацепился за тот факт, что о порталах в другие миры, по крайней мере в один, откуда эта «зараза» и появилась, было известно. Знать бы только, был ли это тот же самый мир, откуда пришла я… Ну, да ладно.
— Где мы сейчас находимся? — я повернулась к карте.
Дядя вздохнул, и соскочил со стола, подойдя к стене. Пригляделся, щурясь, и уверенно ткнул пальцем в плотную бумагу. На северо-западе наибольшего материка, и территории наибольшей страны на нём. — Это Дастар. Одна из самых развитых человеческих стран. Самая развитая, если честно.
— А весь материк? — я подошла тоже, и обвела пространство ладонью.
— Иден, — и указывая поочерёдно на остальные, начиная с самого меньшего, добавил. — Гномий Клаттен, эльфийский Сэйтаран, демонский Астанар и Истаррион, где живут драконы и оборотни.
— Слишком много «эс», — пожаловалась я. — Уже запуталась и забыла.
— Постепенно запомнишь, — отмахнулся Эйли. — Вряд ли тебе это скоро понадобиться.
— Тоже так думаю. А где ты ещё был, кроме… Дастара, да?
— Да, — он опять развернулся к карте, выискивая что-то на ней.
— Ты будешь смеяться, но я опять проголодался, — признался вдруг Эйли, когда от яблок остались одни воспоминания, да две палочки. — Думаю, слуги просто ненавидят меня и мой аппетит, — к этому моменту мы оба обосновались на полу, проигнорировав более подобающие предметы мебели, а рассказ о том, где дядя побывал, кроме родной страны, подошёл к концу. И я с прискорбием поняла, что я, со своей единственной поездкой в Абхазию, которую и заграницей-то считать сложно, нервно покуриваю в сторонке. Хотя можно ли таковой считать вампирскую Кассию, до которой из этого арла пара часов верхом, тоже вопрос спорный.