— У меня есть ещё одно условие — вы не вмешиваетесь в пути избранных больше необходимого, и не оспариваете мой выбор.
— Но…
— Не вмешиваетесь и не оспариваете, — твёрдо повторила богиня. — В противном случае я не гарантирую никакого результата. Хотите увидеть, чем может закончиться неверный выбор, наведайтесь в гости к отцу.
Нервно передёрнули плечами даже двое старших — пример получился довольно красочным. Ничего удивительного — после того, во что превратился Кардаш, Аддария вообще больше не захотела оставаться Демиургом, выбрав место богини первого пантеона в мире собственных детей.
— Хорошо, пусть так. Но наблюдать мы можем?
— Наблюдать — да. И помогать, если обращаются к вам. Но не больше. А теперь давайте посмотрим, с кого лучше начать, — терять время там, где его вообще не существовало, смысла не имело.
— Я думал, логично будет начать с меня, — несколько раздосадовано откликнулся Дракос.
— Не кичись, милый. В том, что ты старший, твоей заслуги совершенно нет.
Эньен хихикнула, глядя на недоумённо заморгавшего брата, но тут же осеклась, заворожённо наблюдая, как мать начинает творить. Что толку быть демиургом, если со всей своей колоссальной силой ты не можешь управляться и на сотую долю так умело, как это делает простая богиня? Девушка вздохнула, успокоив себя тем, что у неё ещё всё впереди.
Тончайшие кружева чужих судеб раскинулись в воздухе над столом, и едва ли кто-то кроме самой Аддарии мог разобрать в них хоть что-то. Глаза её заволокло бледно-серой дымкой, а пальцы шевелились, словно орудуя коклюшками. И в тихом шёпоте стремительного ряда имён нельзя было ухватить хоть одно. До тех пор, пока богиня не остановилась внезапно, резко встряхнув ладонями и развеивая полупрозрачные нити.
— Дариша, — вперив прояснившийся взгляд в Деймоса, произнесла она. — Её зовут Дариша.
— Её?! — демиург подался вперёд, не желая верить, что на его место мать пророчит женщину.
И догадавшись об этом, Аддария улыбнулась краешками губ:
— Её, Деймос. Мать того, кто займёт однажды твоё место.
Облегчённый выдох второго из сыновей богини разнёсся, пожалуй, по всем её чертогам.
Дастар, храм Аддарии, богини судьбы. 13-е чарейа, вечер.
Обнажённая женщина полулежала на груди своего верховного жреца, медленно и безмятежно перебирая пальцами завивающиеся в кольца волоски. Аришьен, последние несколько минут наслаждавшийся нехитрой лаской, поймал её тонкую ладошку и поднёс к губам, привлекая к себе внимание:
— Ты сегодня странно задумчива, моя богиня.
Карие глаза аватары, которую богиня беззастенчиво использовала для таких вот встреч во плоти, на секунду прикрылись. А затем, вместо ответа, прозвучал вопрос:
— Если тебе предложили бы стать богом, ты согласился?
Мужчина напрягся, пытаясь по выражению её лица прочитать подтекст слов, но Аддария лишь плотнее прижалась к нему, обнимая.
— Если это какая-то проверка, то я не уверен, что пройду её, — признался Аришьен, так и не сумев сделать каких-либо выводов.
— Не проверка. Я… согласилась кое в чём помочь демиургам, и в качестве платы они обещали выполнить моё желание.
— Моя богиня, ты не должна...
— Но я хочу! — не лежи Аддария на кровати, она бы ещё ногой топнула, непременно. — Я хочу быть с тобой в собственном теле, а не вот так, — она почти брезгливо оглядела стройную фигуру аватары.
— Тише, моя богиня, — губы коснулись тёмной макушки. — Ты ведь знаешь, ради тебя я соглашусь на всё, что угодно. Богом, так богом, я не против.
Женщина хихикнула нервно, он нарочитого смирения в его голосе и общего абсурда ситуации:
— Надеюсь, вторая моя новость порадует тебя больше. Твоя сестра скоро возвратится домой.
— Сестра? Риша?
— Они с дочерью вернутся на Нейлил. В ближайшее время, — подтвердила Аддария, разглаживая пальцами морщинки на лбу мужчины. — Я отпущу тебя в арл.
— И даже не будешь скучать? — зная, что больше того, чем она захочет сама, его богиня всё равно не скажет, Аришьен не стал развивать тему. Но если уж сама плетельщица судеб сказала, что Мариша скоро прибудет в родительский арл, значит так оно и будет.
— Ни капли, — изящная головка аватары склонилась к плечу мужчины. А затем влажные губы, коснувшиеся смуглой кожи, намекнули, что время разговоров прошло.
Часть 1. Глава 1.