— У вас впереди неблизкий путь. И даже мне неведомо, дойдёте ли вы до цели, — явно подводя итог, Зейналла обвела нас четверых взглядом. – Но у тебя хотя бы есть шанс, звезда Деймоса, если ты пойдёшь тропой крови. У других нет и его.
Глаза Леолики стремительно потемнели, а сама девочка подалась вперёд, глубоко вздохнув. Богиня покинула стены комнаты, оставив нас в смятении и растерянности.
— И часто у вас такое… — на язык просилась формулировка «явление Христа народу», но я посчитала, что богохульствовать, в этом случае, точно не стоит, — такие события происходят? — поинтересовалась я, когда окружающие перестали изображать детей, играющих в «Море волнуется раз».
— Такое — впервые, — откликнулась бабушка, слегка обеспокоено глядя на дочь. — Раньше Зейналла никогда не говорила напрямую, только посылала Лике знание.
— Боги первого пантеона редко снисходят до общения со смертными, — Эйли, чьё лицо постепенно начало обретать краски, кажется, был просвещён в этом вопросе лучше, чем остальные. — Их сила довольно велика, и сложно найти сосуд, способный выдержать прямое божественное вмешательство, не сойдя с ума. Ваша дочь мала, но уже сейчас её внутренняя сила достойна восхищения. Хотел бы я посмотреть, на что она будет способна, когда вырастет.
Я в очередной раз задумалась на тот счёт, что на воина Эйлиаш не похож. Хотя, признаться честно, я вообще сомневалась в том, как его стоило бы охарактеризовать. Зейналла назвала его менестрелем, да и я при первой же встрече легко могла представить его на экране телевизора или сцене театра. А сейчас в голосе дяди звучал мечтательный интерес истинного учёного.
Решив оставить этот вопрос на более позднее, и более удобное, время, я вернулась к более насущному.
— Кто-нибудь понял, о чём она говорила? — иносказания никогда не являлись моей сильной стороной, так что понять истинный смысл слов богини сама я не могла.
— Зейналла дала нам подсказку, — ответил на вопрос, как ни странно, Лизард, доселе молчавший. — Подсказку о том, как можно найти Ларана.
— И в чём она состоит? — это уже мама.
— Тропа крови. Это… это своего рода поисковое заклинание. Довольно сильное, но узконаправленное. Найти можно только кровного родственника, причём степень родства имеет решающее значение. Мои сыновья не смогли вызвать тропу, их крови оказалось недостаточно. Нужен кто-то более близкий Ларану, чем племянники.
— Почему тогда не попробовал ты? — опередил мой вопрос Эйлиаш. Очевидно, они с Лизардом уже успели перейти на ты, что меня порадовало.
Мужчина невесело усмехнулся:
— Потому что у меня не было такой возможности. Тропа имеет множество нюансов. Но чтобы вы поняли, мне придётся слегка отступить от темы. Все вы уже знаете, что каждый из вампиров или дампиров должен пройти инициацию, чтобы войти в полную силу. Те крохи, что доступны до ритуала, не идут ни в какое сравнение с тем, что каждый из нас получает, взывая к Деймосу. Сразу после инициации и в течение одного года после, вампир находится на пике своих способностей, ат-акмэ. В это время мы практически всемогущи. Ну, в своих рамках, разумеется. Так вот, тропа крови — очень энергозатратное заклинание. Каждый шаг вычерпывает резерв практически подчистую. Так что тот, кто не находится в ат-акмэ, банально не дойдёт до цели. В случае же с моими сыновьями, заклинание просто не сработало. Не хватило маяков. А из тех, кто более близок Ларану, нет никого, кто бы ещё не прошёл инициацию.
— Кроме меня, — произнесла я, когда она замолчал.
— Кроме тебя. Ты его дочь, это почти самая близка степень родства. Инициация выжжет человеческую кровь из твоих вен, и пока будет идти перестройка, маяков в тебе будет достаточно, чтобы указать наиболее точный путь к отцу.
— То есть, всё, что от меня требуется — это пройти инициацию и прочитать заклинание? — я всё ещё не могла до конца разобраться в алгоритме действий.
— Не совсем. Тебе потребуется читать его день за днём, пока не дойдёшь до конца. Тропа, постепенно светлея, будет видна до заката, после чего её необходимо вызывать заново.
— Звучит не так сложно, — словно угадывая мои мысли, произнёс Эйли, обращаясь к Зарду. — В чём подвох?
Однако ответил ему Леастиан, передавая уснувшую Лику матери:
— Подвох в том, что вы плохо себе представляете суть и последствия ритуала. Инициация — это, своего рода, спусковой крючок. Первая неделя для инициированного вампира самая сложная. Ты словно оголённый провод, — используя наиболее понятную для меня формулировку, произнёс он. — Твои чувства, эмоции, слова и поступки — всё это в любой момент может вырваться из-под контроля. Чтобы держать себя в руках, приходится прилагать в три, в четыре раза больше сил. Поэтому, обычно, мы изолируем вампиров на это время. Даём им возможность привыкнуть. Но у тебя такой возможности не будет. Вызвать тропу придётся почти сразу, пока ещё твоя сила бурлит, словно раскалённая лава в жерле вулкана. И я не уверен, что ты справишься.