Я знала, что вампир не ставит своей целью обидеть меня, он просто констатирует факт. Но обидно было всё равно. Меня, даже не взвесив, посчитали негодной. Неспособной сделать то, что от меня зависит. То, от чего зависит дальнейшая жизнь моей мамы, да и моя тоже. И судьба отца.
— Вы уверены, что он жив? — решилась я высказать мысль, давно уже крутившуюся в голове.
— Я знаю — мой сын жив, — твёрдо глядя мне в глаза, произнесла бабушка.
Объяснения мне сейчас были не нужны.
— Я справлюсь, — это я сказала, уже обращаясь к Тиану. — Должна справиться. Ты поможешь?
Вампир кивнул. Большего и не требовалось.
Если кто-то подумал, что тут уж всё закрутилось и завертелось, то он ошибся. Практически все остались сидеть на своих местах. Разве что близнецов, греющих уши на подоконнике, отправили погулять, водрузив Тару на руки дремлющую Лику. Вслух они возмущаться произволу не стали, лишь уставились на меня просящими взглядами. Но я сама тут была на птичьих правах, поэтому только виновато развела руками. Котти, подумав и поцеловав мужа в тёмную макушку, удалилась вслед за сыновьями. Мы остались вшестером.
Ещё одной ошибкой было бы думать, что меня тут же посвятили в сущность ритуала, который предстояло пройти. И даже на прямой вопрос, что есть инициация, столько же прямого ответа я не получила. Конечно, с одной стороны подобные «пляски у костра» меня не очень-то устраивали. Но с другой… Мама определённо знала больше, чем я и, раз уж она тоже отмалчивалась, значит на то были причины. А раз так, то я вполне могла усмирить своё любопытство ещё ненадолго. В конце концов, всё равно придётся через это пройти, так какая разница. Воображение, правда, подкидывало кровавые картинки распростёртого на каменном алтаре тела, но я упорно от них отмахивалась.
К слову, томиться в ожидании оставалось недолго, каких-то три дня. Точнее, даже два, раз уж дело шло к вечеру. На завтра планировалось менее таинственное «возведение», то есть, как я поняла, официальное вступление д’арлиссы в свои права. А послезавтрашний день отводился на сборы в путь.
Предложение не тянуть и отправляться, как можно скорее, поступило от Тиана, и поддержано было единогласно. Сейчас, когда появилась вполне реальная возможность найти отца, числившегося потерянным в течение более чем двадцати лет, удержаться на месте было сложно.
Состав поисково-спасательной группы был определён волей Зейналлы, и изменять его мы посчитали неразумным. Точнее, Талла высказалась на этот счёт, а остальные, опять же, склонны были с ней согласиться. Зард, правда, посетовал на тот счёт, что остался за бортом, но на этом дело и кончилось.
Компания, конечно, подобралась у нас весьма странная — вампир, дампир, да два человека. Это вам не классическое «воин-лучник-клирик-маг». Конечно, Эйлиаш имел к воинам вполне прямое отношение, да и Тиан наверняка знал, с какой стороны нужно браться за меч, но вот мы… Я чувствовала себя скорее балластом, с функцией компаса, чем реально полезным членом отряда. Только спорить с божественной волей, не то, что мы бы могли позволить.
Я опять погрузилась в свои мысли, отвлёкшись от обсуждения того, что нам следует взять с собой. И вырвал меня из них голос бабушки, обратившейся напрямую ко мне:
— Дари?
— Да? Прости, отвлеклась. Что-то пропустила?
— Я интересовалась, не хочешь ли ты определиться с личностью того, кто будет тебя инициировать?
Я задумалась, анализируя те жалкие крупицы информации, что были известны. Нар, по дороге сюда, высказался на тот счёт, что Тиан сам вызовется инициировать меня. Но вампир молчал, с явно преувеличенным интересом разглядывая стену напротив. Ещё брат упоминал какие-то два варианта, один из которых связан с убийством, а второй…хм…более приятный. Да, известно мне было мало, слишком мало.
— А Леастиан сможет? — отвечая на бабушкин вопрос, поинтересовалась я.
На мне скрестились четыре взгляда, заставляя чувствовать себя не очень уютно. То, что меня держали в неведении, вдруг начало раздражать.
— Леастиан…— задумчиво протянула Талла, краем глаза смотря на вновь безмятежного вампира. — Пожалуй, это был бы наилучший вариант. Кто-то другой может просто не успеть приехать, да и вы двое уже знакомы. Тиа, что скажешь?