— Ещё как. Совместная спальня? Как у какой-нибудь простолюдинки? — судя по тону, это была цитата.
Я помотала головой, все ещё с недоверием:
— А четырёх детей, я так полагаю, ветром с сада надуло?
Мама развела руками, предлагая мне самой делать выводы.
— И что, такая дикость во всех «аристократских» домах?
— Да нет, такое редко встречается, разве что при договорных браках. Но маменька всегда отличалась узостью взглядов и совершенно бараньим упрямством.
— Ну, то, что бабушка была той ещё самодуркой, уж прости, это я поняла. А дедушка?
— Отец был замечательным, — тут же откликнулась мама. На лице расцвела та самая улыбка, с которой, из всей семьи, она говорила разве что об Эйли. — Их брак был как раз договорным и к матери чувств, кроме уважения, он едва ли испытывал. Но нас с Ари и Трамом он любил, а в Эйлиаше и вовсе души не чаял. Тот родился, когда папе было пятьдесят, в это время многие внуками обзаводятся. Так вот, он был хорошим человеком и неплохим магом-теоретиком. Со времён учёбы в академии осталось много друзей и знакомых, с которыми он держал связь. И, несмотря на негативную реакцию матери, в доме часто были гости. Поэтому, когда папы не стало… К этому сложно было привыкнуть, правда. Словно вместе с ним, из этих стен ушла душа.
— И до сих пор не вернулась, — грустно согласилась от дверей Мариша. — Простите, я не хотела подслушивать. Светлое утро, тётя, я не знала, что Вы тоже здесь.
— Дари сказала, что тебе пригодится наша помощь, — улыбнулась племяннице, почти выглядевшей её ровесницей, мама. — Только прошу, зови меня Ришей, не нужно этих церемоний.
— Хорошо, только и Вы…то есть ты… зовите меня Мари.
Я, раздумывающая, как бы сократить имя кузины, чтобы не путать с маминым, кивнула, хотя и обращались не ко мне.
— Мари, — согласно кивнула и мама. — Что ты имела в виду? Ну, что душа так и не вернулась?
Сестра слегка пожала плечами:
— Когда я была помладше, папа часто рассказывал о детстве и молодости. И во всех его хороших воспоминаниях фигурировали или дедушка, или Эйли или ты. Иногда дядя Ари, но никогда мама или бабушка. А однажды… мне было уже лет двенадцать, а папа перебрал матэ… Он сказал, что именно благодаря вам троим дом и был домом. И едва ли что-то сможет вновь зажечь здесь жизнь. Себя он назвал слабаком, который сдался, а меня… маминой копией, которая однажды испортит жизнь кому-то вроде него.
— Нет, — почти хором отозвались мы. Потом переглянулись, и продолжила уже одна мама, — он не мог так сказать. Ты же была ребёнком!
— Ну, полагаю, за него говорил матэ. Хотя я, в любом случае, благодарна за это. Вы правы, я была ребёнком, но эти слова хорошо отпечатались в памяти. И, взрослея, я смотрела на маму, на бабушку… Смотрела и понимала, что не хочу стать такой. Не хочу стать той, кто испортит чью-то жизнь.
Мы молчали, не зная, что было бы уместно сказать в данном случае. Поэтому, когда в дверь постучали, и Мари сменила выражение лица на вежливую улыбку, одновременно позволяя стучавшему войти, я расценила это, как спасение. Тему свернули до более подходящего времени.
Пока Инара занималась сервировкой, мы успели перебраться за стол и сами налить себе тая. Я подхватила кружку и поднесла её к лицу, вдыхая букет луговых трав и мысленно посетовав, в очередной раз, на миниатюрность посуды. Разговор в присутствии посторонней вёлся ни о чём, и лишь когда закрылась сначала дверь в гостиную, а затем, судя по звуку, в покои, я решилась озвучить то, что крутилось на языке:
— Мам, а Мари хочет поступить в школу магии.
Кузина, не донёсшая до рта ложечку с творогом, уставилась на меня, словно первый раз видела. Я поспешила ответить ей невинным взглядом. Ну не было у меня привычки что-либо скрывать от мамы, и заводить таковую я не планировала. Тем более, как взрослый человек, выросший здесь, она могла что-то посоветовать.
— О, у тебя активный дар? — слегка удивлённо повернулась она к племяннице. — А какой?
Мари вернула ложку в пиалу и сцепила руки на коленях, явно нервничая:
— Огонь. Раньше был совсем слабый, я даже свечу могла зажечь с трудом, но после того как Эйли начал мне помогать, я чувствую, что резерв растёт. Правда, проверить пока возможности не было, сами понимаете…
Да, проверять способности пироманта в доме, вряд ли хорошая идея.
— Подожди, Эйли? А он тут при чём?
— У него тоже дар, правда, пассивный. Но основы медитации он мне объяснил очень понятно, гораздо лучше, чем пишут в книгах.
— Хм, не знала… — задумавшись, мама машинально откусила кусочек хрустящего тоста. — Получается, у нас с Эйлиашем пассивный, а у Ари и Трама его вовсе нет. Ну вот, а папа говорил, что это статистически невозможно.