Мама поморщилась:
— Глупостей не говори. Никто меня не сбивал, не ронял, током не бил и рояль на меня тоже не падал. Я сама сбежала оттуда...
— Оттуда — это из мира?
— От обожаемой мамочки, из родного поместья и мира заодно.
— Ага… — понемногу начиная свыкаться с мыслью, что сказанное мамой — при учёте её патологической честности по отношению ко мне — может и впрямь оказаться правдой, я поудобнее устроилась на кресле, подтянув одну ногу к груди, и поинтересовалась. — А почему?
История оказалась банальнее некуда. Просто открывай книжки через одну, и встретишь нечто подобное. В общих чертах, дело обстояло так... На границе государства людей (как оно называлось, я не запомнила), в поместье Тирнасс, жила-была девушка. Была у неё мама, трое братьев и куча всякой челяди, как и положено всякой баронессе. Жила она, не тужила, до восемнадцати лет. А потом взяла и влюбилась. Вроде бы, ну и что тут плохого? С каждым ведь бывает, тем более первая любовь далеко не всегда оказывается любовью до гроба. Вот только мама девушки этого, видимо, не знала, и довольно резко высказалась по поводу избранника дочери, напоследок запретив и смотреть в его сторону. Ну вот и чем ей оказался не мил юноша из соседнего поместья? Молод, красив, умён, богат. Вампир, правда, но кто из нас без недостатков, правда?
Будь юная баронесса послушной дочерью — и на этом в истории можно было бы ставить точку. Вот только упрямства и своеволия в девушке было больше, чем в двух её старших братьях вместе взятых. И она продолжала тайком сбегать на свидания к черноокому красавцу, пользуясь прикрытием верной служанки и темнотой летних ночей. И логичный итог этих свиданий не заставил себя ждать...
— Понимаешь, мы думали, что моя мать воспримет ребёнка, как знак того, что Этель благословила наш союз, и даст разрешение на брак. Вместо этого... — мама вздрогнула, явно вспомнив что-то не самое приятное. — Она так орала! Я думала, что во всём поместье не останется ни одного хрупкого предмета, включая ночные вазы. Что я только о себе не услышала. И что я распутная девка, и что отец наверняка перевернулся в гробу, из-за поведения своей дочери, и что таких как я, у Ларана в каждом арле по пару десятков... А потом, когда поняла, что меня это ни капли не трогает — прокляла. Знала ведь, сука, материнское проклятие не каждый магистр снимет... — процедила мама сквозь зубы. — И завязала проклятие на тебе, надеясь, что я избавлюсь от ребёнка, не желая последовать вслед за ним на тот свет. Только не подумала, что выход есть всегда, нужно только его увидеть. В моём случае, таким выходом стал побег в другой мир. Дословно я проклятие не помню, но смысл был таков, что пока она жива, не ходить моему ублюдку с ней по одной земле и не встретить одного с ней рассвета мне, с ребёнком во чреве. Так что, дождавшись ночи, я оседлала Пуму и отправилась к порталу. Понимаешь, считается, что порталов, не зависящих от магов, не существует. То есть их обязательно должен открыть разумный, причём такой дар не так чтобы очень распространён. Вместить магию в предмет попросту нельзя, даже чтобы переместиться в пределах одного мира. Собственно, и само существование других миров обычно считают сказками для детей. Но семье Ларана было доподлинно известно, что, по крайней мере, один такой переход существует, и расположен он в лесу между нашими арлами. Естественно, никто об этом знать не должен был, но мне Лар показал это место, и рассказал, как можно активировать портал.
Котисса, это моя компаньонка, должна была прикрыть меня, чтобы о побеге не узнали хотя бы до утра, а также передать записку Ларану. Он в тот день, по стечению обстоятельств, был отправлен отцом инспектировать принадлежащие его семье шахты, а там эхо барахлил и напрочь отказывался работать, так что связать с ним самой у меня не получилось. Но я была уверена, что Котти не подведёт, и уже на следующий день он присоединится ко мне в моей добровольной ссылке...
Мама немного помолчала, переводя дух, а потом продолжила, явно пропустив часть рассказа:
— Я провела возле портала почти местную неделю. Благо, было лето, кое-какая еда у меня была с собой. Да и не хотелось особо есть, собственно. Всё не могла поверить, в то, что Лар не придёт... А затем стиснула зубы и пошла в ту сторону, куда подсказала интуиция. Потом была машина с сердобольным парнем, единственным, кто пожалел вышедшую на трассу странно одетую девицу, и не принял её за девушку лёгкого поведения. Он привёз меня к себе домой, накормил, позволил искупаться, и научил обращаться с электроприборами. Не знаю, что он подумал о том, откуда я такая чудная взялась, но вопросов не было. Я была благодарна за заботу, а он... может, и правда влюбился. Через каких-то своих знакомых Михаил сделал мне документы, и спустя два месяца мы расписались в ближайшем ЗАГСе. А ещё через восемь — родилась ты.