Через некоторое время дверь открылась и вошла «мама». Улыбнулась своей нежной улыбкой:
— Как ты?
— Лучше. Опять есть хочу. – улыбнулась я ей в ответ.
— Это замечательно! – обрадовалась та, — Значит ты идёшь на поправку! Хорошо, что ты не спишь – скоро придёт доктор Льюис чтоб снять бинты. Я думаю, до этого я успею тебя накормить. Сейчас принесу.
Спустя минут десять я уже ела куриный бульон. Очень вкусный и сытный. То, что мне как раз и было нужно. С каждой съеденной ложкой я чувствовала, что моё тело как будто наливается силой. Мама кормила меня молча, лишь улыбалась на каждую съеденную мной ложку. Она мне нравилась, очень приятная и милая. Её прикосновения успокаивали. Но глядя в её большие красивые глаза, я невольно задумалась о том, почему она такая печальная, даже когда улыбается. Как будто в её жизни когда-то случилось большое горе, время прошло, но она не забыла того, что произошло. Или как будто у этой красивой и ещё очень молодой женщины была страшная тайна, которую она скрывает. Почему скрывает? Когда есть возможность с кем-то поделиться и обсудить свои проблемы и беды живётся чуточку легче, даже если тебе не могут помочь их решить. Когда есть моральная поддержка, особенно поддержка близких, всегда легче идти по жизни.
Мне с этим очень повезло. Мои родители давали мне опору и поддержку во всех моих начинаниях, помогали справляться с неудачами и, как никто поддерживали, когда казалось, что мой мир рухнул. Не помогли только однажды… когда в один день я потеряла двух самых близких и родных мне людей – их самих. Обычная поездка на дачу обернулась трагедией. Но я помнила всё чему они меня учили – никогда не сдаваться, идти только вперёд и улыбаться. С улыбкой по жизни идти легче чем с кислой рожей. Так считали мои родители, так считаю и я.
Когда бульон закончился, и женщина отложила тарелку с ложкой на столик рядом с кроватью, я решила, что нам пора поговорить:
- Как вас зовут? – спросила я в первую очередь.
Женщина вздохнула, погладила меня по руке:
-Я твоя мама, моё имя Анессия де Сортье. Как тебя зовут тоже не помнишь?
Я отрицательно покачала головой.
- Виттория. Тебя зовут Виттория де Сортье. Дома мы тебя обычно зовём Витой.
Странное имя. Французское? Или может итальянское? Анессия тем временем продолжала:
-Твоего младшего брата зовут Радимир. Он очень тебя любит и очень за тебя переживал, дорогая. Как и отец. Борислав. Это он приготовил тебе куриный навар. – она с любовью посмотрела на меня и погладила по руке, а потом в её глазах появились слёзы, – Я так за тебя испугалась…
Она не успела договорить, как за дверью раздался топот ног и в комнату влетел раскрасневшийся
Радимир. Выглядел тот очень взволновано, но увидев не спящую меня сначала радостно заулыбался и только потом сообщил:
- Доктор приехал, его отец сейчас чаем с дороги напоит, и он сюда придёт.
Глава 7. Доктор Льюис.
Все засуетились. Видимо доктор пользовался уважением в этой семье, и мама хотела, чтоб ему было удобно и комфортно. Кресло подвинули ближе к кровати, а на стол постелили белоснежную скатерть, предварительно быстро протерев его. Спустя пару минут раздались шаги и ко мне в комнату вошел высокий мужчина. Я его сразу узнала – отец Виты. Русоволосый, бородатый, лет 40-45, одет в льняную рубаху с вышитым поясом, штаны шаровары тёмно-серого цвета, явно кожаная обувь. Вид он имел суровый, сдвинутые густые брови, плотно сжатые губы, ростом, наверно, под два метра, широкоплечий. Большой и сильный мужчина улыбнулся мне сразу как увидел, что я не сплю:
-Добре, дочка… Доктор пришёл! Сейчас тебя посмотрит. – подходя ко мне сказал он, затем наклонился и поцеловал в лоб, - Теперь всё хорошо будет.
-Конечно хорошо! Что тут ноете? Отойдите! – раздался басовитый голос сзади папы. Видимо доктора.
Папа отошел в сторону, и я увидела карлика с бородой до пола. Ростом как семилетний ребёнок, но это был солидный мужчина лет 60, может даже 70, в тёмно-синем сюртуке и белоснежной рубашке. Длинные волосы на голове, как и борода были собраны и подвязаны кожаными ремешками. В руках у него был большой саквояж. Я вытаращилась на него совершенно не культурно, но ничего не могла с собой поделать. Тем более получился дикий дисбаланс роста между только что стоящим надо мной высоченным отцом и подошедшим в след за ним карликом.