Параллельно с этими трагическими событиями шли тревожные вести из Пустоши. Местный народ, кариорцы, который в основном жил за счёт продажи шерсти Саоритов, животных, которые водятся только в песках, продажи красок, которые изготавливают из редких местных растений, а также запретных артефактов, которые изготавливают с помощью чёрных ритуалов из ещё живых людей, полуэльфов и даже драконов. Стоят они безумно дорого, но спросом пользуются даже несмотря на то, что естественно являются запретными.
Да и в Великой Долине тоже было не спокойно. Не все были довольны новым Владыкой Драконов. Слишком многим он мешал. Предательство. Именно из-за предательства началась война. Саламат али Эридан был очень хитёр и у него было время и возможности хорошо все подсчитать и подготовить. А ещё были огромные сокровища, которые помогали подкупать нужных соратников. Он искал недовольных властью и начинал плести сети лжи вокруг них. Как настоящий паук. Паук имеет в месте своего обитания множество сетей для охоты на зазевавшихся мошек, у него множество глаз – он следит за всеми, всегда и всюду. Он умеет добиваться своих целей. Любыми путями и любой ценой. Безжалостен, жесток и очень хитёр. Пойманная в сети добыча медленно, но крепко оплеталась паутиной лжи и обмана, лицемерия и денег. Жертва не могла вырваться, без шанса на спасение…
Начался хаос. Драконы не успевали решать проблемы, конфликты, успокаивать народы и гасить восстания. Назревала большая война. Пока основное войско подавляло восстания в Пустоши и Арузии, в Великой Долине опять началась битва за Престол Предков.
Владыка, Беннедиж али Муаммаль, был вынужден покинуть соседние страны, оставить их в самый опасный момент на пике междоусобиц, разгула преступлений и убийств, оставить именно в момент, когда стало известно про вылезших из своих подпольных лабораторий чернокнижников. Он, конечно, оставил несколько своих войнов для урегулирования ситуации, но с ними довольно быстро расправились чернокнижники, которые за несколько сотен лет своей подпольной деятельности, благодаря Чёрным Шаманам Пустоши и их артефактам, несущим смерть, подготовились к этой битве очень хорошо и основательно.
В день, когда пролилась первая кровь истинных драконов, был совершён самый чёрный ритуал. Ритуал признанный лишить драконов иметь свою главною ценность – истинных любимых. Этот ритуал был нужен для ослабления рода и силы драконов. Только у истинных пар рождались истинные драконы, имеющие своего зверя, умевшие обращаться в самых великих и могучих существ этого мира. В тот день, о том, что случилось что-то более ужасное чем война, поняли только истинные жены драконов, убитых в момент кровавого ритуала. Они тогда почувствовали болезненный разрыв истинной связи, которая рвалась с пульсирующей болью. Но метка не изменила свой рисунок, как бывает, когда умирает любимый. Она просто исчезла. Совсем. Как будто её и не было. У тех драконов, вторые половинки которых ещё были живы во время ритуала, метка просто исчезла бесследно и безболезненно. Многие не сразу поняли, что произошло. Масштаб трагедии стал понятен лишь позже, когда стало понятен весь ужас сложившейся ситуации.
Правящего тогда Владыку, срочно прилетевшего в столицу Великой Долины, ждала его любимая жена Леонейзия, его истинная, которая только-только узнала о том, что беременна их долгожданным первенцем. Но она не успела ему сообщить эту радостную новость…
Владыку, в обличии дракона, приземлившегося на специальную площадку, ждала засада. Его и его воинов окружили, и так как они не ожидали нападения в родном замке, они были повержены. Леонейзия, лишь случайно задержавшаяся в своём любимом саду, и не успевшая встретить мужа на той самой площадке, наблюдала за его гибелью на расстоянии. Она хотела бросится на его защиту, как и подобает безумно любящей драконице, но её удержали верные Владыки люди, которые ещё оставались в замке. Видя безвыходное положение Беннедижа али Муаммаля, оставшиеся верные драконы постарались сохранить жизнь его истинной. Они держали вырывающуюся драконицу и не пустили на верную смерть. Тогда она была готова их спалить огнём, уничтожить как препятствие к любимому. Она была сильной и была близка к тому, чтоб примчатся на помощь проигрывавшему в битве любимому. Спасла ситуацию её кормилица и нянюшка, которая всю жизнь была рядом с ней. Схватив свою обезумевшую от ужаса и страха за своего истинного Леонейзию руками за голову и посмотрев ей прямо в глаза, она напомнила ей в каком та положении и что ей нужно сейчас спасать не Владыку, а того, кого она носит под сердцем. Это отрезвило. И спасло. Они бежали из дворца.