Мы так и молчали какое-то время, просто глядя друг на друга. Наш безмолвный диалог прервал звонок моего телефона. Разорвав зрительный контакт, я достал мобильный. Это был один из заказчиков. Я машинально перевёл звонок на Эрика, который всегда в этот день отдувался за двоих. Всеми делами я планировал заняться завтра.
- Как давно ты не живёшь здесь? – негромко спросила Фрейя, разглядывая мою комнату.
- Пять лет, - ответил я также тихо, - Анну я перевёз к себе два года назад. Когда…ну ты понимаешь.
Сейд кивнула. Чуть подумав, словно не решаясь произнести это вслух, она всё же спросила:
- Почему никто на работе не знает правду? О дне без Итана Стара.
- Потому что это работа. В ней нельзя руководствоваться чувствами. Я для них – начальник, а не друг. Я ведь говорил тебе, что чётко разделяю личное и профессиональное. Так должно было быть и с тобой, - добавил я зачем-то.
Фрейя усмехнулась:
- Да, я помню наш первый разговор в твоём кабинете. Не могу поверить, что ты решил, будто я буду сплетничать о тебе.
- Ты не поверишь, сколько девушек до тебя в свои первые рабочие дни начинали заниматься именно этим, - парировал я с лёгкой ухмылкой, - Долго они, правда, не продержались. Но ты права – я не должен был сравнивать тебя с ними. Прости.
- Всё в порядке, - заверила меня Фрейя, - Но ответь мне на ещё один вопрос. Почему ты сейчас не с Анной?
Чуть помолчав и взвешивая все «за» и «против», я решил, что раз уж мы говорили откровенно, следовало придерживаться такой тактики до конца. Поэтому ответил прямо:
- Не хочу, чтобы она видела меня таким. В её глазах я всегда должен оставаться сильным.
- Глупый…
Я повернулся к Фрейе, удивлённо приподнимая брови:
- Что, прости?
- Ты глупый, - повторила Сейд, - Нет, ты, конечно, гений архитектуры, но в остальном – дурак дураком.
- Был бы тебе весьма признателен, если бы объяснила причины того, почему накинулась на меня с оскорблениями.
Пожав плечами и откинув кудрявые волосы за спину, девушка сказала:
- Запросто. Ты думаешь о том, что Анна не должна видеть тебя таким. Но тебе хотя бы на секунду приходило в голову, что в этой истории есть и другая сторона? Ты потерял родителей – это ужасно и ты имеешь полное право скорбеть. Но Анна тоже их потеряла. И пока ты три года жил самостоятельно – она была здесь, с ними. То есть если у тебя была возможность, так сказать, выпасть из гнезда и отдалиться, то у неё её не было. Плюс она девушка, и потерю переживает куда эмоциональнее. И в такой день она теряет ещё и тебя – самого дорогого человека, который у неё остался.
Я задумался, немного огорошенный её пламенной речью. Признаюсь честно – я никогда не рассматривал это с такой точки зрения. Анна знала мои привычки и не настаивала на том, чтобы я был рядом. Мне казалось, что её более чем устраивал наш распорядок на этот день. Выходит, я ошибался? И из-за своего эгоизма вынуждал мою маленькую сестрёнку страдать ещё больше?
- Я не знаю, что ей говорить, - признался я всё также негромко.
Фрейя ответила, снова сжав мою руку:
- Ничего не нужно говорить. Просто позволь ей быть рядом. Обними, дай возможность залить твою дорогущую рубашку слезами. Пусть она в этот день почувствует себя маленькой девочкой, которая просто любит брата. Ей нужен кто-то близкий рядом.
- Сейчас? – тупо переспросил я.
- Именно! – твёрдо кивнула девушка, рывком поднимаясь на ноги и утягивая меня за собой.
Всю дорогу до моего дома мы молчали – Фрейя, как и всегда, большую часть времени смотрела в окно. Одному богу было известно, какие мысли бродили в её голове – не уверен, что она сама отслеживала их. А я просто вёл машину и не мог поверить, что эта девушка вот так запросто умудрилась меня уговорить. Почти без усилий.
В квартиру мы поднимались вместе. Сейд пыталась сопротивляться, но я настоял. Она сама сказала – Анне были нужны её близкие. А эта блондинка, которая упорно красила часть волос в небесно-голубой цвет, была из их числа.
Когда мы вошли, Анна как раз выходила из кухни. Её глаза удивлённо расширились, и я с горечью отметил, что они были красными. Разумеется, она плакала. А я – идиот.
- Что ты здесь делаешь? – почти прошептала сестра и перевела взгляд на Фрейю, - Вы оба.
- Приехали к тебе, - просто ответил я, виновато отводя взгляд.
Всхлипнув, Анна вдруг сорвалась с места и с разбегу почти врезалась в мою грудь. Тонкие руки стиснули мою талию, а хрупкие плечи начали сотрясаться от рыданий. И каждый её всхлип резал меня, словно ножом.