- Алекс, только сразу не оборачивайся. Там, возле стойки, один парень с нас глаз не сводит.
После этих слов было трудно сразу не посмотреть, кто и что там.
- Я тут часто бывала раньше. Может, старые знакомые.
Норд покачал головой.
- На старых знакомых так не смотрят.
- Наверное, местная шпана услышала английский и хочет нас развести на бабки, - пошутила я, для вида поправила волосы и скосила глаза из-под длинных прядей.
Черт! Вот его я никак не ожидала здесь увидеть! Не его уровня заведение. Да и все селение. Егор Яров, сучий потрох! Я судорожно вздохнула, глаза застелило пеленой. Все события двухлетней давности обрушились на меня с новой силой. С того самого дня я не видела этого гада вживую. Ленку дезинформировали ее подружки, не ходил он за мной месяцами. Во всех соцсетях, почте и так далее, я его заблокировала, а личный «доступ к телу» ему пресекли дядины люди. Да и о чем нам было говорить?
«Дорогая, это не то, о чем ты думаешь?»
«Да, милый, твой член нечаянно оказался в той бабе. Вот же она гадина, да, любимый?»
Тьфу!
Томас придвинулся ближе и положил мне руку на плечо.
- Ты побледнела, с тобой все в порядке?
Ох уж мне это американское «Are'u OK?»
- Все хорошо, просто гости из прошлого.
- Твой бывший?
- Угу, принц на белом коне с золотыми яйцами.
Норд усмехнулся:
- Шутишь, значит, жить будешь.
И не знаю, чтобы поддержать меня или позлить Егора, приобнял меня и спросил:
- Потанцуем?
Я кивнула в знак согласия. В динамиках раздавалась «Лирика» «Сектора Газа». Изумительный медляк для первого танца. Но не в это время и не при таких обстоятельствах. Ну что же, Шершавая Мозоль, придумала себе глупый псевдоним, вот и живи шершавой жизнью с мозолями… Втрескалась опять не в того, в звезду, пролетающую мимо, размышляла, стоит ли крутить курортный роман, на тебе для ровного счета бывшего на десерт, в нагрузку, чтоб не забывала, чем все это обычно кончается.
Томас обнимал меня за талию, тесно прижимая меня к себе, а я положила голову ему на грудь и позволяла вести себя в танце. Со стороны мы смотрелись как двое влюбленных, не знаю, задело ли это Егора, ведь он точно узнал меня, хотелось думать, что ссал от досады в штаны. Я тайком, из-за широкой груди вампира, рассматривала другого своего кровососа. Похудел, осунулся, но на нарика не сильно похож, как распиналась Ленка. Холеный дрищ!
В очередном пируэте я встретилась с Яровым глазами. Не помню, чтобы когда-нибудь на меня смотрели с такой злобой, желваки ходили так, чтобы могли бы задать ритм в дансхолле. Да он ненавидит меня всей душой! Дура! Жалеет он о том, что потерял, как же! Он жалеет только бабки, которые потерял из-за меня. И место в фирме у своего отца. Отец его простит со временем. А бабки прибавятся после брака с другой, настоящей золотой мажоркой, под стать себе.
Почувствовав, как я напряглась, Томас нежно погладил меня по спине, прошептав какую-ту милую чепуху на ухо. Ох, ни к чему это все, только напоминание о моей никчемности в амурных делах.
- Поехали домой?
Томас понимающе кивнул. Расплатиться по счету в кафе он мне не дал, пробурчав опять что-то об удовольствии заплатить за женщину, взял мой рюкзак, и мы направились к джипу.
Глава 8
Серый рассвет сопровождал нас на обратной дороге. Не самая удачная идея ехать по серпантину в легком тумане, но я спешила прочь от Егора подальше. Он не сделал попыток ни подойти, ни заговорить со мной. И на том спасибо.
Ехали мы в тишине. Перед тем, как сесть в джип, я рассказала Томасу, что дядя Толя закончил с его документами, и путь в «страну возможностей» теперь свободен. Норд ответил только «It's Fine», не спросив даже, почему я не донесла до него эту новость еще сутки назад. И молчал все время, только один раз, на особо крутом повороте, предложив самому повести автомобиль. Но ретировался, мой красноречивый взгляд выражал конкретное «с хрена ли…». А у меня была каша в голове от раздумий о козлах, овцах, нереализованных возможностях и потерянных шансах…