— Не. Я с армейской разведкой сталкивался. Там ребята и поухватистее, и как-то конкретнее. Вроде тебя. Всегда точно знают, чего хотят, и действуют без лишних движений и эмоций. А эти… не армейские… Вот полуэльфы, те, может, и из разведки.
В разведке полуэльфов не было. Ни в нашей, ни в королевской. Полуэльфов даже просто в армию стали призывать только года за четыре перед концом войны. Больно уж ненадежные союзники. Всегда у себя на уме и догадаться, что там они себе задумывают просто невозможно. А если уж полуэльф чего и решил, то это решение у него из мозга никаким гвоздодером не выдерешь. По-моему инстинкт самосохранения у них попросту отсутствует. Они вроде росомах, которым даже медведь дорогу уступает. Связываться не хочет, потому как себе дороже обойдется. Победить — победит, но такой ценой, что победа смысл утрачивает.
— С чего так решил?
— Они вроде как половчее были. И, навроде, как за главных. Мне так показалось. Но мог и ошибиться. Они тоже… странными были.
— А странность в чем?
— Ну, во-первых, черные… Я еще подумал, что папашка этой троицы моей масти был.
Эрл был настолько черным, что сейчас, в отблесках костра, я видел только его зубы и белки глаз.
— Ты много черных полуэльфов видел? Вот и я немного. А чтоб трое за раз… И еще волосы у них были… Я вначале подумал, что седые, но где ты видел седых эльфов или полуэльфов?
Я видел седых эльфов. И полуэльфов тоже. Но я вообще до фига чего в жизни видел.
— Так что с волосами?
— Белые они. Абсолютно белые. Даже серебром чуть отливают. У всех. Может братья?
— Может. А ты уверен, что они полу-, а не настоящие эльфы?
— Конечно. Где ты таких эльфов видел?
— Постой. Представь на секунду, что они покрасили себе волосы, искупались в гуталине… А вот если бы они были обычного цвета, с обычными волосами — они походили бы на эльфов?
Эрл на какое-то время задумался.
— Нет. — Он тряхнул головой. — Не похожи. Говорю тебе — полуэльфы. Я хорошо разглядел. Правда, один больше других на эльфа смахивал, но «больше других» это не значит, что он на эльфа был похож. Просто остальные походили еще меньше.
— Ладно. — Я не особо поверил ему. В конце концов этих дроу никто не видел… Бран мог приврать… я мог не так его услышать или понять. — Ты обмолвился, что их никто, кроме тебя не видел. Так откуда все эти байки?
— Нет, ну, может кто и видел, просто я таких людей не встречал. А что до баек, так на то они и байки… Вон по ту сторону хребта все о Дикой охоте рассказывают… А ее кто видел?
Думаю, что Дикую охоту кое-кто все же видел, но вот узнать подробности уже не получится. Мертвые, как правило, не особо общительны.
— Все таки… Может, хоть что-то? Грабежи на дорогах? Сожженные веси? Следы какие-то, в конце концов? Кострища? Следы от копыт? Ты говорил, что там три десятка было. Даже в этих буреломах что-то должно было остаться.
— Ни грабежей, ни деревень ограбленных не было. Точно. На этих землях восемь команд работает и мы стараемся, чтоб дорожки не пересекались. Чужие тоже забредают, но их сразу вычисляют и отлавливают. Тут, знаешь ли, не скатерть-самобранка, чтоб прикармливать кого ни попадя. Кострища? Следы? Да кто на это внимание обращать будет? Но я ведь на той поляне был еще раз. Дня через три. Не специально, просто мимо проезжали. Так там никаких следов не было.
Я даже уточнять не стал. И как-то не удивило меня отсутствие следов.
— Я думаю, что они где-то возле Вейонеса или Глетта промышляют. Тридцать человек серьезная сила и наша тутошняя рыбка для них мелковата. А тут у них просто база постоянная. Для нас это, конечно, не очень хорошо — вдруг как войска на хвосте притащат. Но шифруются хорошо, значит такого счастья им тоже не надо.
Удача — птица капризная и пугливая. Но вот сегодня я чем-то ей приглянулся. Где Глетт, там и до Альбы недалеко. Понятно, что ребята все это мне рассказывали не от избытка общительности и дружелюбия. Почти наверняка они считали, что я — один из членов той шайки. Или напротив — член другой такой же шайки, которая враждует с первой. Им подходили оба варианта — или засвидетельствовать свою лояльность, типа помочь, но не подвергая опасности собственное здоровье. Или же стравить две крупных банды, освободить свою землю от лишних, а самим остаться как бы не при делах. Мне было не особо любопытно, кем там они меня придумали. Существовали и более интересные вопросы.
— А куда они потом поехали знаешь?
— Не. Мы оттуда быстро свинтили. Как-то недосуг было знакомиться.
— Хоть сторону назвать можешь?
— Нет.
Может и врет, но скорее всего — правда.
— А догадаться? Ну, как лошади стояли? Костер горел? Сидели как? Вот если бы ты на стоянку становился, то как бы лагерь расположил?
Эрл ненадолго задумался, потом пожал плечами:
— Не знаю… не уверен. Похоже, что в Марракеш ехали, а может просто мимо — сразу на Заячий.
— Не в бухту?
— Да откуда я знаю? Может и в бухту. Ты спросил, а я ответил.
— Ладно-ладно. Не заводись. Я так спросил…
Похоже птичка удачи упохнула. Жаль. Потом-то я еще кучу новых, умных вопросов придумаю. Задним умом, знаете ли…
Мы допили остатки их пива, покурили… Ребята начинали тяготиться моим обществом. Я это видел, и спросил-то так, чтоб спросить хоть что-нибудь, даже без надежды на ответ:
— Может слышали? Лет пятнадцать назад от одного герцога жена сбежала. Фамилия герцога была Квинт, а жена, вроде, была эльфкой. Звали как-то на «А». Точнее ничего не знаю.
Вот тут и выяснилось, что никуда птица не улетела. Она меня так крылом по голове огрела, что аж зубы клацнули.
Чанг, который за все время произнес лишь несколько фраз, неожиданно поднял голову и сказал:
— Никакая она не эльфка.
От неожиданности я просто забыл все слова и смог из себя выдавить только глубокомысленное:
— Э-э-э-э?
— Айгуль ее звали.
— Звали? Она умерла?
— Откуда я знаю. Я ее с тех пор и не видел.
— Стой. Стой. Мы, наверное, о разных… Да с чего ты взял?
— Жена герцога. Фамилия герцога — Квинт. Ты сам это сказал.
— Погоди.
Я пару секунд поразмыслил.
— Что еще знаешь?
Ли пожал плечами:
— Зовут — Альфред. Вернее — звали. Вот его точно — звали. Пропал с год назад. Лет десять-пятнадцать назад был большой шишкой в королевском правительстве. Был, вроде, порядочной скотиной, но это со слов Айгуль, а я сомневаюсь что она что-то хорошее может сказать о своем бывшем.
— Не то. Что об этой Айгуль знаешь?
— Да ничего больше. Жена герцога. Сбежала на ту сторону гор. Дети были. Вроде — двое, вроде — дочка и сын. Их не видел. Дочку Алисой звали. Как сына — не знаю. Что с ними случилось — тоже не знаю. На корабле их не было и никто не интересовался. Кому нужны чужие заботы. Своих хватает.
— Так-так-так-так…
Меня даже в жар бросило.
Вся эта история с самого начала выглядела неправдоподобно. Вот я мало-помалу и уверился в том, что Виктор просто наврал мне, желая снова заполучить в свою шайку чересчур доверчивого разведчика. Я вообще-то и так с ним отправился бы. Надо было просто предложить. Но это ж Карелла… Когда это он искал легких путей? Когда выбирал простые решения? Не, может такое и случалось, но в то время мы еще знакомы не были.
А сейчас химера, которую, как я думал, создал Виктор, начала оживать и прорастать в мою реальность.
— Рассказывай все, что знаешь.
Болтуном Чанг не был. Каждое слово я из него просто выдавливал. Но более-менее понятная, хоть и очень размытая, картина под конец все-таки нарисовалась. Ли Чанг действительно был фомором. Будучи еще юнгой, обслуживал одного пассажира, которого капитан корабля подрядился доставить с восточной стороны хребта к Авильону, а потом — на западную сторону. Никто из команды не знал, что это за пассажир. Его лица никто не видел. Между собой решили, что, скорее всего, это проворовавшийся в дым политик, который хочет потеряться.
— Погоди. А почему не кто-то из бизнеса? Не колдун?