Глава 10
Очнувшись от сна, которым хотелось бы спать вечно, Александра услышала, что кто-то зовет ее по имени, почувствовала, как нежные руки гладят ее запястье. Застонав, она перевернулась на живот и уткнулась в подушки.
– Александра! – на этот раз голос был более настойчив.
Отрицательно покачав головой, девушка попыталась сбросить руку, лежавшую на ее плече, но она вцепилась в нее как тиски.
– Уходи, – проворчала она, тщетно пытаясь вернуться в сладкое забытье, из которого ее так жестоко вырвали. Но в то же самое мгновение ее перевернули и поставили на колени.
Понимая, что заснуть не удастся, девушка подняла голову и вгляделась в неясные очертания фигуры человека, поддерживающего ее. Несмотря на то, что темнота не позволяла разглядеть его черты, Александра мгновенно разглядела ночного посетителя.
– Люсьен! – вскрикнула она, окончательно проснувшись. – Что ты...
– Тихо!
Помня о том, что случилось в тот раз, когда их застали вдвоем, девушка понизила голос.
– Я беспокоилась о тебе, – прошептала она. – Тебе очень больно?
– Я уже привык, – голос англичанина дрожал от нетерпения.
Александра заморгала глазами.
– Можешь ли ты простить меня?
Видя его нерешительность, Александра испытала неуверенность и глубокое отчаяние. Но он наклонился и поцеловал ее в губы.
Сейчас...
– Ах, Люсьен, – вздохнула девушка, прижимаясь к нему, и сомкнула руки на его шее. – Мне так нравится чувствовать тебя рядом.
Сабина угадала правильно, она испытывала привязанность и даже больше к этому человеку, чего никогда не чувствовала к Рашиду. Улыбаясь, девушка дотронулась губами до обнаженной шеи де Готье.
– Александра...
– Мне снились кошмары, – пробормотала она, вспоминая ужасы, населявшие ее душу. Девушка вновь увидела женщину, пытавшуюся вздохнуть, злобные глаза другой, она видела... Усилием воли Александра отбросила эти мысли. Несмотря на весь ужас, это всего лишь дурной сон.
Последовало напряженное молчание, затем Люсьен разомкнул руки, обвивавшие его шею.
– Расскажешь мне все потом, сейчас нам надо спешить.
– Спешить? – запрокинув голову, она попыталась разглядеть его черты, но увидела только блеск глаз. – Не понимаю...
Взяв за талию, мужчина поднял девушку с дивана и поставил на пол.
– Мы бежим отсюда и немедленно. – Де Готье повернулся к окну, через которое он проник в ее комнату. – Идем, у нас мало времени.
Бежать? Подозрения и смущение мешалось в мозгу Александры. Она сделала шаг назад. «Неужели он хочет забрать ее отсюда, чтобы заняться с ней любовью?»
Внезапно девушка вспомнила о своих давних подозрениях – желание матери отправить ее в Англию, долгие поиски нового евнуха, покупка англичанина, совсем не подходящего для жизни в гареме, его ложь о том, что он является полным скопцом.
Александра закрыла глаза. Наверное, мама подстроила все это. Конечно, это ее рук дело. Значит, Люсьен вообще не скопец. Ему хорошо заплатили за то, чтобы он сыграл свою роль, а затем похитил ее и увез в Англию. А то, что произошло между ними, неужели это ничего не значит для де Готье? Значит, это тоже часть плана – втереться к ней в доверие?!
Девушка чувствовала себя очень скверно, сознавая, что она только пешка в чужой игре.
– Нет, нет, – воскликнула она, надеясь на то, что ее мысли являются плодом ее воображения и понимая, что это не так.
В то же мгновение Люсьен оказался рядом с ней. Он молча взял ее за руку и подтолкнул к окну. Александра рассвирепела.
– Меня обманули, – проговорила она, отскочив назад и вырываясь из его крепких рук.
– Черт возьми! – выругался Люсьен, снова схватив ее.
Она увернулась и, отскочив в дальний угол комнаты, спряталась в спасительной темноте.
– Моя мама заставила тебя сделать это? Мужчина пошел на ее голос.
– Я тебе объясню все позже.
– Позже не будет. – Александра лихорадочно искала что-нибудь, чем можно будет его ударить, если он подойдет ближе. Ее рука нашарила щетку на туалетном столике.
– Если ты подойдешь ближе, я закричу, клянусь!
Де Готье не обращал ни малейшего внимания на ее угрозы.
– И будешь ответственна за мою смерть.
Его смерть... В девушке завязалась отчаянная внутренняя борьба между чувством самосохранения и совестью. Она, естественно, не могла позволить ему забрать себя отсюда, но приговорить Люсьена к смерти было выше ее сил.
– Иди, – умоляла девушка, – воспользуйся свободой, но оставь меня здесь.
– Без тебя я не уйду. Ты в любом случае выйдешь отсюда, даже если мне придется нести тебя на плече.
Александра схватила щетку и держала ее перед собой, как меч.
– Я буду сопротивляться и ударю тебя, – предупредила она, в душе надеясь, что он внемлет ее мольбам.
Де Готье, решив, очевидно, что без борьбы не обойтись, быстро подошел к ней и схватил ее руку с зажатой в ней щеткой.
– Отпусти меня! – потребовала Александра, вырывая руку.
– Если ты хочешь насилия, пусть будет так, – процедил мужчина, притягивая сопротивляющуюся девушку ближе.
Она резко повернулась и занесла руку над головой. Секундой позже ручка щетки из слоновой кости опустилась на голову де Готье. Выругавшись, Люсьен отобрал у нее так называемое оружие и бросил его на пол.
– Я не пойду с тобой, – объявила Александра, полная решимости воевать до конца. – Я не оставлю маму.
Руки мужчины, словно тиски, сжали девушку с такой силой, что она едва могла вздохнуть.
– Александра, – его голос был очень мягок, будто Люсьен в чем-то провинился перед ней, – это не ужасный сон. Твоя мать умерла.
Девушка осознала это не сразу, а когда к ней вернулась способность что-либо понимать, она застыла в немом отчаянии.
– Неужели ты и сейчас не изменишь своего решения? – продолжал Люсьен. – У меня нет причин больше оставаться здесь.
Не желая вновь возвращаться к ужасной реальности, Александра отрицательно покачала головой.
– Нет, ты лжешь, Люсьен де Готье. Это был просто ночной кошмар.
Мужчина тяжело вздохнул.
– Лейла отравила твою мать. Разве ты не помнишь, как вцепилась в нее?
Как только он произнес эти слова, девушка вспомнила все. Она пыталась стереть из сознания воспоминания о той ночи, но сделать это не удавалось. Все произошедшее казалось очень реальным, совсем непохожим на сон.
– Интересно, как бы я узнал про твой сон, если бы всего этого не было на самом деле?
– Моя мама умерла? – спросила Александра тихим печальным голосом.
– Да.
Борясь с желанием заплакать, что могло только усугубить горе, девушка напряглась всем телом в руках Люсьена.
– Лейла, – произнесла она, а печаль и боль утраты сменилась менее болезненным чувством ненависти. – Хочу видеть ее мертвой.
– Ее накажут по заслугам, – сказал де Готье, – а сейчас нам надо идти.
Александра не соглашалась.
– Теперь я не уйду до тех пор, пока не удостоверюсь, что она так же страдала, как моя мать и умерла в муках.
Потеряв терпение, англичанин схватил ее на руки и понес к открытому окну. Девушка вновь начала сопротивляться: она кусалась, брыкалась и стучала кулаками по его спине.
То, что сделал Люсьен, было противно ему самому, и никогда прежде он так не поступал. Однако упрямица не оставила ему выбора. Поставив ее на ноги, он придержал ее одной рукой и занес над ней другую.
– Когда-нибудь ты скажешь мне за это спасибо, – произнес мужчина и неохотно опустил кулак на ее подбородок.
Не понимая, что с ней случилось, Александра зашаталась и упала прямо на подставленные руки де Готье.
Ожидание ужасного наказания за содеянное лишило Лейлу сна, и она, ухватившись за оконную раму, всматривалась в темноту ночи. Она была далеко не глупа, прекрасно понимая, что это последние часы ее жизни, невзирая на тот факт, что она была матерью Рашида, наследника Джаббара, который однажды уже спас ее от изгнания, и сейчас ничто не могло предотвратить наказания. Если бы умерла дочь, а не мать, Лейла могла бы вновь отделаться изгнанием, но его любовь к умершей Сабине была слишком велика. Даже без предъявления Халидом вещественного доказательства – отравленного финика, ей грозила смерть.