Рон с осуждением посмотрел на нее:
— Говорю же, мало ли что. Основного груза легко лишиться. С Гаммы могли послать сообщение, что он не мой. А так у меня останется кусок артефакта. Насколько я понял, он довольно ценен.
— Не то слово, — согласился Ренард.
Катерина только сейчас поняла, о каких инструментах тогда говорили шишки из руководства в рассказе Лины. И этот инструмент стоит сейчас прямо перед ней. И с важным видом кивает, соглашаясь с ценностью артефакта.
"Интересно," — подумала Катерина, —"не коргианец ли послужил причиной преждевременного отлета звездолета? Не исключено".
В любом случае, было невероятно, что инопланетянин (Рона и Лину она считала обычными людьми, хоть формально они тоже были с другой планеты) тоже оказался на корабле и был вынужден совершить перелет. Но с другой стороны, а что она знает о нравах коргианцев? Может для них выполнить задание важнее всего. Что даже здесь он, по прилету, сразу начал действовать. Правда, зачем ему было покидать корабль, согласно рассказу Лапласа про объект, отделившийся от межсистемника и севший на планету, если его потенциальная жертва — Рон, находился еще на корабле? Да и ракеты с земли, уничтожившие орбитальную станцию и чуть не попавшие по ним, тоже не давали покоя.
А еще Ренард за все время пока Катерина была здесь, ни разу попытался убить Рона. И даже не показывал вида, что его знает. А по рассказу Рона, так вообще спас ему жизнь, указав во время разгерметизации жестами где был аварийный набор. Все это не складывалось в цельную непротиворечивую картину, над всем этим еще нужно было подумать.
— А сейчас сможешь открыть? — снова спросил Ренард.
— Неа. Вот эти штуки, — Рон пнул захваты, державшие ящик, — передают коды от системы межсистемника, а корабль сейчас обесточен. Ну а если ты хочешь вскрыть контейнер силой, то удачи. Заметили какая форма контейнера?
— Какая?
— Нормальная, вот какая. А ведь внутри воздух с давлением в одну атмосферу. А мы в вакууме. Все ящики с грузами на корабле герметичные.
— Я в брошюре прочел, когда здесь жил, — смущенно добавил Рон. — Этот ящик чертовски прочный. Мне в свое время потребовалось использовать проходческий робот, чтобы отогнуть у такого угол.
— А зачем тебе его открывать? — осторожно спросила Катерина у Ренарда.
— Да просто посмотреть хотел, — пожал плечами Ренард. — Я читал про эти артефакты, но никогда не видел.
"Ну-ну...", — подумала Катерина.
— Никто не видел, — добавила Лина. Она имела ввиду, что не видели здесь, на Гаосе, но тут же вспомнила, что об артефакте на корабле и она сама узнала только что из рассказа Рона о его злоключениях.
Когда ситуация прояснилась, у нее словно в мозгу что-то щелкнуло и все встало на свои места. Рассказ Рона показался ей вполне логичным. К тому же, как ни хотелось Лине это признавать, Рон тоже настрадался из-за этого артефакта. Он испытывал схожие с ее, Лины, эмоции, когда обнаружил пустой контейнер и пропавший артефакт.
В каком-то смысле на Гамма Персея они оказались в похожих ситуациях. И если совсем недавно Лина готова была убить Рона, так как винила его во всех своих бедах, потере карьеры и невероятном позоре, к которому примешивался позор от перспективы возвращения к родителям, что делало его в сотню раз сильней. То узнав, что ее подозрения были беспочвенны, Лина тут же изменила свое отношение к Рону. Девушка была вовсе не глупа и умела признавать очевидные факты.
А еще удаленность между двумя планетами чудесным образом оказывала влияние на ее восприятие событий, произошедших на Гамме. Нет, для нее лично прошло всего несколько дней. Но она понимала, что в реальности прошло четыреста лет. Никого из тех, кого она знала, больше нет в живых. Этот контраст останавливал любые попытки думать о вчерашнем дне как о настоящем "вчера". Она теперь воспринимала Гамму Персея как любую другую удаленную на десятки световых лет планету, со всем вытекающим отсюда отношением.
— Эй, ребята, ну вы что? Я же вам только что показал артефакт.
— Это не то, Рон.
— А что насчет остальных ящиков, может удастся их вскрыть? — не унимался Ренард.
— И что ты там хочешь найти, мини шаттл? — рассмеялась Лина.
Лина единственная сохранила оптимистичный настрой, на остальных слишком угнетающее впечатление произвели тела пассажиров, погибших при перегрузке. Они сейчас увидели их впервые, когда перебрались на межсистемник. Сложно сказать, было ли причиной этого психопатический характер Лины, а может на нее так подействовало прояснение ситуации, что сбросило большой груз с ее души и напряжение последних дней на Гамме Персея (по ее субъективному времени).