Возможно, на какой-то из старых планет за это время были открыты новые, более высокоемкие средства связи. Например, с помощью нейтрино или гравитационных волн. Но на прилетевшем межсистемнике таких технологий не было, он ведь вылетел когда на исходной планете их не существовало. Поэтому колонисты на новой планете не могли его принять, их уровень технологий соответствовал моменту вылета с оригинальной планеты.
На заре космических полетов большие надежды возлагались на лазерную связь. Ее скорость распространения конечно такая же, как у радиоволн, так как оба представляют собой электромагнитное излучение в виде фотонов. Поэтому запаздывание сигнала будет как и у радиотелескопов, в десятки лет. Что не позволяет организовать чат между двумя планетам с приемлемым временем ответа. Отправить сообщение туда и получить ответ обратно займет, как и занимает сейчас существующими технологиями, условную сотню лет. Создать межпланетный сайт знакомств с таким пингом довольно проблематично.
Но лазеры на своей террагерцовой частоте для видимого света, а для ультрафиолета и на петагерцах, могли бы передавать большие объемы информации. И знания, полученные на родной планете за время полета межсистемника, можно было бы оперативно передать колонистам, как только они высадятся на новой планете. Если бы у них были эти гипотетические лазерные приемники.
Но к сожалению, создание когерентных пучков света с достаточной мощностью для преодоления расстояния между планетами, чтобы его при этом не перебивало излучение родной звезды, столкнулось с техническими трудностями. А проекты по выносу лазерного передатчика подальше от своей звезды, чтобы телескоп с коронографом на планете-колонии мог отделить его от света солнца, к моменту появления межсистемников находились еще в совсем ранней стадии. У радиосигнала не было этой проблемы, но канал был чрезвычайно узким. Радиопомех в космосе тоже очень много. Даже родные светила при сильных вспышках выдают радиовсплески.
— А как вас вообще заморозили, если у вас не было пропусков? — спросила Катерина.
— У меня был. — ответил Рон. — Но он даже не понадобился, никто не проверял. Думаю, когда у вас впереди четыреста лет полета, это уже неважно, выбора нет.
— У меня тоже не спрашивали, — добавила Лина.
Ренард по понятным причинам промолчал. Катерина даже не пыталась смотреть на его реакцию, коргианец точно не спалится на таком простом вопросе. Ей действительно было просто интересно.
— А зачем тогда вообще богачи платят за полет, если просто заходи и лети? — вдруг спросил Ренард.
"Ну конечно", — подумала Катерина. — "Мог бы и не спрашивать, переигрываешь". Хотя вопрос был интересный.
— Ну, наверно на кораблях с колонистами проверки строже, — ответил Рон.
Что и логично, подумала Катерина. Гаос и Гамма Персея были транзитными узлами, здесь почти никто не садился и не улетал. Разве что кто-то хотел начать новую жизнь, порвав безвозвратно со старой. Но узнав теперь, какой бардак с организацией творился на корабле, Катерина не удивилась бы, если среди замороженных (или среди погибших при аварии) окажется еще масса опоздавших провожающих. Или таких же безбилетников, как Рон с Линой и коргианцем.
* * *
Не найдя ничего полезного в грузовом отсеке и не придумав способа открыть ящики с грузом, ребята отправились изучать межсистемник. Сначала они отправились в пассажирский отсек, в котором была Лина. Но там тоже все морозильные капсулы оказались закрыты и не поврежденные, только несколько сорваны со своих мест, как в отсеке Рона.
Капсула Лины единственная открылась. Похоже, что предположение о том, что авария произошла когда Лину уже начали размораживать, была верна. Рон отметил про себя такое удивительное совпадение, что среди выживших оказались именно они с Линой. Да еще и авария случилась в тот момент, когда ее капсулу открыли для разморозки, но саму Лину еще не достали.
Но ничего странного в этом не было. Рона ведь разморозили раньше, с десятками других пассажиров. А сам процесс разморозки новых людей шел постоянно, межсистемник готовился к разгрузке. Так уж получилось, что взрыв произошел, когда подошла очередь криокамеры Лины.
После этого они пошли изучать пробоину. Все держались вместе, потому что Катерину и Ренарда еще шокировали трупы людей в коридорах, человеческое общение давало им небольшую поддержку.
К каким-то новым выводам, отличающимся от впечатлений Рона, который обнаружил ее первым в свое время, они не пришли. Все выглядело, будто гигантский монстр процарапал борт корабля, вырвав часть внутренностей. Ну или словно межсистемник задел пролетавший мимо астероид. Только никаких следов оплавления не наблюдалось. Повреждение выглядело чисто механическим. Катерина поделилась с остальными, что рассказывал ей Лаплас. И как они тогда думали, что это взрыв изнутри. Это объяснило бы отсутствие расплавленных деталей, но не объясняло форму пробоины.