— Мы знаем, но благодарю, что ещё раз представилась, — снисходительно кивнула Такана.
— Я счастлива, как гоблин у продовольственного склада, — не сдержалась в ответ Ная, но каким-то чудом успела перейти на язык светлых эльфов, якобы обращаясь к Лиасу — последнее время это был отличный способ безнаказанно ругаться на что угодно в чьём угодно присутствии, и предводительница без зазрения совести им пользовалась: на светлом языке под землёй почти никто не говорил так же хорошо, как её отряд, чтобы понять все её высказывания.
— Вы говорите на светлом языке? — то ли удивился, то ли восхитился Мирэн.
— Да, говорю, — Ная напряглась, но на свой язык не перешла: было бы неприятно, если бы оказалось, что её ядовитое шипение поняли.
— О нет, прошу прощения, я на нём не говорю, — улыбнулся Мирэн, — просто знаю, как он звучит.
— Мы были бы очень благодарны, если бы вы говорили так, чтобы мы тоже понимали, — слегка извиняющимся тоном, но довольно настойчиво попросила Такана, — так будет спокойнее в пути.
— Не обещаю: наш светлый эльф не всё понимает на тёмном языке, — бессовестно соврала Ная и кивнула на вход в тоннель, пока эти двое не начали активно выяснять, как и откуда вообще в отряде взялся светлый эльф, — думаю, нам пора выступать.
— Вопрос, конечно, не самый приятный, но, как исследователю, мне очень интересно знать: Лиас, в каком городе тебя обучали? — манерно начал Мирэн на первом же привале.
Расспросов, которых Ная хотела бы избежать, избежать, естественно, не было ни единого шанса: на то они, видимо, и были исследователями, чтобы задавать тысячи раздражающих вопросов, считая каждый из них исключительно важным. Правда, по мнению Наи, исследователей всегда интересовала только всякая чушь, а на что-то действительно важное, вроде основ построения командного боя в отряде или способов заставить кого-то показать своё истинное лицо, они никогда не обращали внимания: наверняка, эти двое оказались бы такими же.
— Обучали чему? — озадаченно переспросил Лиас.
— Да, где тебя учили быть рабом? Невероятно плохо справились, — уточнил вопрос Такана.
Лиас растерянно глянул на исследователей, а потом перевёл умоляющий взгляд на свою предводительницу.
— Что, во имя Богов, я должен на это ответить? — пользуясь приёмом Наи, он заговорил с ней на светлом языке. — Откуда они вообще узнали, что я был рабом?
«Вот теперь ты вспомнил, что я твоя предводительница, и на меня можно свалить всё, с чем сам не знаешь как разобраться, да?» — мысленно фыркнула женщина.
— Светлый эльф не мог по-другому оказаться под землёй, — уже вслух тихо ответила Лиасу Ная, а потом, перейдя на тёмный язык, заговорила с исследователями, — его учили в Ортарэле. Но вы оба, похоже, не слишком осведомлены в вопросах рабовладения, иначе не стали бы обращаться напрямую к рабу, игнорируя его хозяйку. Это всё равно что разговаривать с вещами — бессмысленно. Если вас что-то интересует, вы можете задать свои вопросы непосредственно мне.
— Спасибо, — одними губами произнёс Лиас, пряча улыбку: его предводительница спасла его от необходимости вспоминать и обсуждать его далеко не самое приятное прошлое, взяв весь напор исследователей на себя.
Ная, вздохнув, потрепала светлого эльфа по волосам и жестом отправила подальше от Мирэна и Таканы и поближе к Ирану, от которого оба их сопровождаемых пытались держаться подальше, видимо, считая его слишком посредственным для своих высоких речей, которые у Наи, как она уже предчувствовала, скоро должны были встать поперёк горла.
— Прошу прощения, мы не знали, что обращаться к рабу считается неуместным, но всё же не могли бы вы ответить нам на некоторые вопросы? — извинилась за них обоих Такана.
«Некоторые — это штук сто?» — мысленно закатила глаза Ная, но вслух ответила только вежливое «спрашивайте», готовясь к тому, что этот привал ей запомнится, как бесконечный.
В итоге исследователи действительно мучали предводительницу ещё не меньше двух часов, прежде чем отпустить её отдыхать. За это время все остальные уже давно уснули, а у тоннеля успели смениться Аэн и Иран, и теперь уже сидел Ариен, который, зная любовь Наи к таким разговорам, ей искренне сочувствовал и по окончанию беседы настоял, чтобы она сегодня своё дежурство оставила отряду и просто ложилась спать.
— А я-то думала, что Асин много вопросов задаёт, — тихо буркнула на светлом языке Ная, когда пришло время снова двинуться в путь.
Перед тем как согласиться опять выйти в тоннели исследователи устроили Нае ещё один допрос. Только на этот раз их интересовал уже не светлый эльф, а Вредитель, которого Кьяр по привычке и по глупости призвал во время своего дежурства, когда все уже проснулись. Отделаться от бесконечных вопросов удалось только подарив Мирэну одного из призывных хааи Ирана, которых тот нёс на продажу в Умаэрх, чтобы исследователь мог разобраться со всеми повадками мелкого монстра самостоятельно.