— Печать на том алмазе, что ты мне оставила, действительно изменили с помощью техники серувим две недели назад, — продолжила тем временем Мать Лияр, — при этом из моего тайника в спальне он как будто бы и не исчезал, никого постороннего на жилом этаже центрального здания моя охрана не видела, и в комнаты ко мне без меня тоже никто не заходил.
В кабинете повисла полная тишина: Ная с мужчинами пыталась уложить в голове новую информацию, которая укладывалась, откровенно говоря, плохо, потому что вместе с предыдущими фактами она совершенно не соответствовала никаким ожиданиям, повергала в шок и ставила в ступор.
— Но кто тогда? — наконец выдавила Ная.
— Не знаю, — вздохнула Мать Лияр, — если в Доме Лияр есть предатели, то любое подозрительное действие с моей стороны будет для них сигналом исчезнуть отсюда, а отпускать я их живыми не собираюсь. Сейчас я не могу начать поиски сама, поскольку мои враги не должны узнать, что я обнаружила повреждение печати. Они ведь рассчитывают, что мой монстр убьёт меня во время моего первого боя за места Домов. Они должны считать, что у них всё под контролем, иначе они начнут искать новый способ от меня избавиться. А если смотреть на ситуацию более глобально, то я уже совсем не уверена, что круг поисков моих потенциальных убийц нужно сужать до нашего Дома: теперь под подозрение может попасть кто угодно. Но из прямых зацепок кроме вырванной страницы у нас ничего нет.
— Потрясающе! — не сдержала возмущения Ная. — И вы хотите, чтобы я по одной вырванной странице нашла того, кто использовал серувим?! Это же невозможно!
— Я тебе пререкаться не позволяла, — смерила предводительницу тяжёлым взглядом Мать Лияр, — включи мозг и подумай. Информации гораздо больше. Даже если главный предатель не из нашего Дома, то он должен был использовать кого-то, кто умеет применять серувим. А значит, первая нить всё равно пойдёт отсюда. Кто-то из Дома Лияр всё равно так или иначе в этом замешан. Хотя, вероятнее всего, ему уже стёрли об этом память…
— Я не могу просто прийти к кому-то из Управляющих и потребовать, чтобы они позволили мне считать их воспоминания! — всплеснула руками Ная. — Мне в любом случае нужна будет ваша помощь!
— Я знаю! — повысила голос Мать Лияр. — До Боёв за места Домов остался месяц. За этот месяц ты выяснишь всё, что сможешь сама, а после присоединюсь я. Но сидеть просто так мы тоже не можем — время стоит слишком дорого.
— У вас есть куда более сильные подчинённые, — упёрлась Ная.
— Да, но начала всё это ты. Ты и продолжишь. Посвящать ещё кого-то в свои проблемы я не намерена, — зарычала Мать Лияр, — твоему Кьяру ничего не угрожает, так что тебя ничего не ограничивает в действиях, и голова должна работать нормально. Цаэра знала, что он всё слышал, — к нему никаких претензий нет — можешь уже не держать его в поле зрения двадцать четыре часа в сутки и заняться, наконец, делом!
— При чём тут Кьяр? — не поняла предводительница.
— При том, что ты ушла из города, чтобы Цаэра его как свидетеля не убила — за дуру меня не держи! Я давно знаю, что ты перестаёшь соображать, если кто-то из твоих мужчин в опасности. Но сейчас опасности для них нет, значит ты в состоянии работать нормально. Отговорок у тебя нет. Возьми себя в руки и найди мне эту тварь, посмевшую посягнуть на мою жизнь! — отрезала Мать Лияр.
— Позвольте хотя бы Яре Маэль мне помочь, — сдалась Ная, — тогда у нас по крайней мере будет кто-то, кто умеет искать и выслеживать.
— Если ты уверена, что ей можно доверять, — уступила Мать Лияр.
— Уверена, — кивнула Ная.
— Отца, кстати, пока не зови обратно. Пусть сидит там, где ты его запрятала, — задумчиво постучал пальцами по столу Мать Лияр, — то, что его нет в городе, может сыграть нам на руку. Едва ли он в этом всём участвует, так что пусть сюда не суётся, пока его память и навыки нам не понадобятся.
Ная послушно склонила голову, мысленно сетуя на то, как легко старшая женщина просчитывала все её действия.
— Ариен, — Мать Лияр перевела взгляд на мечника, — в этом городе ты сейчас единственное неприкосновенное существо, — вытащив из-за пазухи небольшой кожаный мешочек, она протянула его Ариену, — это — алмаз с моим костяным драконом, — пояснила женщина, — тебя никто не посмеет тронуть, даже если свет и тьма местами поменяются. До самых Боёв камень будет у тебя. Я заберу его перед выходом на арену.
Ариен послушно склонился, принимая мешочек из рук Матери Лияр, но выглядел он при этом далеко не так уверена, как должен был бы.