А вот Ариен наоборот выглядел таким подавленным, что предводительница уже начинала волноваться и задаваться вопросом, стоило ли оно всё того, или, может быть, было лучше с самого начала отказаться от этой проклятой идеи с отцовством и принять все вытекающие из этого последствия. Ная боялась, что мужчина, погрузившись в свои страдания, мог потерять свою магию.
— Могу я что-нибудь для тебя сделать? — тихо спросила она у Ариена на привале.
Но он в ответ только отрицательно покачал головой. Видимо, ему просто нужно было время, чтобы пережить что-то в себе и вернуться к своему обычному состоянию. По крайней мере, Ная надеялась, что всё обстояло именно так, а не хуже.
Внутренние терзания грызли Ариена почти всю дорогу до Умаэрха, пока в двух сутках пути до города на их мини-отряд ни напала какая-то гигантская тварь. Сперва мечник уже почти привычно не обратил на неё никакого внимания, ведь до этого момента Кьяр и сам прекрасно защищал их, тренируя по пути своих призывных монстров, но в этот раз выползшая, демоны его разберись, откуда тварь оказалась значительно опаснее. Когда Ариен поднял глаза от холки ящера, то увидел стоящую перед пятиметровым монстром Наю, которая кричала Кьяру отступать. Вид его госпожи, стоящей лицом к лицу со смертью, внезапно заставил что-то внутри мечника задрожать. Непонятно откуда взявшийся страх потерять её затмил всё, и Ариен даже сам не понял, как оказался на загривке твари, вонзая меч ей в череп.
— Ну, можно и так, — стерев с лица брызнувшую из носа монстра кровь, одобрила предводительница, когда тот рухнул к её ногам.
Только в этот момент Ариен понял, что прослушал приказ. Мысленно отругав себя за неосмотрительность, он опустил глаза на убитую им тварь.
— У неё ядовитые железы возле когтей. Вырежи, Ирана порадуем — их можно хорошо продать, — по-своему истолковав оценивающий взгляд мечника, хмыкнула Ная.
Ариен кивнул, но выполняя указания, думал совершенно не об этом. На монстра он смотрел, потому что тот своим появлением заставил его понять кое-что невероятно важное: пока он копался в себе, задаваясь миллионами вопросов о том, с чем ничего не мог сделать, Наю защищал кто-то другой. Женщину, ради которой он вернулся из дебрей измерений, защищал другой мужчина, пока он сам плёлся последним, погрузившись в переживания настолько, что почти не замечал ничего вокруг. Его магия слабела с каждым днём, и он оказался настолько невнимательным, что во-первых, чуть не упустил момент, когда Ная оказалась одна лицом к лицу с невероятно опасной тварью, а во-вторых, прослушав команды, возможно, чуть не попал под её атаку. Неизвестно чем бы это закончилось, если бы женщина, действительно, успела что-то сделать. Повезло бы, если бы всё обошлось просто парой ожогов и царапин, а не отсутствием пары конечностей.
Засовывая в вещевой мешок капсулы с ядом, Ариен почти рычал и злился на себя как никогда прежде. Но зато всё, что его угнетало после встречи с Матерью Ар'тремон, сейчас на фоне неприглядной реальности, разлетелось вдребезги. Да, у госпожи Айюны теперь должен был родиться ребёнок, в жилах которого будет течь его кровь и который никогда не узнает имени отца — Мать Ар'тремон уже огласила мечнику свой запрет на упоминание о том, что тот как-то связан с будущим наследником Дома Ар'тремон, но всё это абсолютно точно не стоило жизни Наи. Даже понимание, что предводительница справилась бы с монстром и сама, ни капли не успокаивало. Ариен чувствовал, что ошибся в расстановке приоритетов, что его внимание сместилось совершенно не в ту сторону. Он допустил ошибку новичка, он поставил отряд в опасное положение и главное, он на какое-то время напрочь забыл о Нае. А ведь она пыталась с ним поговорить, она хотела помочь.
Поднявшаяся ярость разожгла магию света с небывалой мощью. Ная с Кьяром кидали обеспокоенные взгляды на яркий ореол вокруг Ариена, но по-прежнему не лезли к нему.