Прерываемая тяжёлым дыханием мужчин тишина, воцарившаяся на арене, продлилась ещё несколько долгих секунд, прежде чем её нарушил голос Матери Ран:
— Достаточно! — приказала она.
Все щупальца мгновенно исчезли, и мужчины попадали на землю, ловя ртом воздух и пытаясь избавиться от тёмных пятен мельтешивших перед глазами. Ариена Ная тоже отпустила, но он даже не двинулся с места.
Несколько минут, пока отряд под гомон трибун приходил в себя, Совет совещался между собой по поводу окончательного решения, после чего госпожа Канара снова поднялась со своего места, давая знак зрителям замолчать:
— Заклинание предводительницы одобрено. Отряд может продолжать своё функционирование в прежнем режиме, — огласила она, — испытание окончено. Все могут быть свободны.
Ная дёрнула вверх по-прежнему стоящего перед ней на коленях Ариена и, словно девчонка, с ликующим криком бросилась ему на шею. Следующим на них налетел мгновенно переставший изображать невероятные муки Кьяр, после подошли Эмиэль с Шиином и Асин, последними к общей куче присоединились Иран и Аэн.
— Ты даже нас провела, бессовестная! — восторженно упрекнул женщину Кьяр. — Знаешь, как мы все нервничали?!
— Никого я не проводила! — наигранно возмутилась Ная. — Я до последней секунды сама не знала, что делать! В комнатах всё расскажу.
В этот момент она не хотела ни о чём думать, она просто радовалась. Хаос в лице Матери Ар'тремон оказался на её стороне. Та своими играми показала ей, что нужно было делать: заменить в старом заклинании предводительницы свою энергию на энергию феникса, и протянуть её одновременно ко всем с помощью магии воплощения — «засунь феникса в осьминога» — подсказывала ей госпожа Айюна. Так, основанное на более мощной энергии, заклинание могло действовать на расстоянии и, к тому же, благодаря оболочке из магии воплощения из энергии самой Наи, не уничтожать магическую энергию мужчин, плюс иметь сколько угодно целей одновременно. По мнению предводительницы, идея была гениальной, хоть и далеко не самой простой в исполнении.
Мать Ар'тремон присутствовала, когда Ная получала свой статус предводительницы десятилетнего отряда и, видимо, до сих пор помнила её магию. Как она узнала о том, что ей нужна была помощь, Ная даже предположить не могла: может, действовала наугад, а может, ей кто-то доложил о бесконечных поисках Наи в библиотеках, и она догадалась, или как-то ещё — это могло навсегда остаться загадкой, если бы госпожа Айюна сама как-нибудь при встрече ни рассказала. Но сейчас это было не важно, сейчас Ная была счастлива и могла думать только о том, что с этого момента её с мужчинами в Таэмране больше ничего не держало, и они могли уходить когда и куда пожелают.
— Так как ты это сделала? Почему на меня не подействовало? Что там вообще произошло на арене?! — едва оказавшись в комнатах Наи, засыпал вопросами предводительницу Кьяр.
— Мне госпожа Айюна подсказала, что делать, — улыбнулась женщина, — нужно будет её отблагодарить.
— Она же с тобой даже не разговаривала, — не понял Иран.
— Она мастерски изобразила полное безразличие к происходящему, показывая мне, что делать, — хохотнула Ная.
Разумеется, ей пришлось объяснить всё мужчинам детально, но зато так теперь она и сама, наконец-то, поняла, как использовать внезапно изобретённую магию, потому что на арене она действовала чисто интуитивно. Осознанно она сражалась там только с Ариеном: она понимала, что выиграть у него в скорости не смогла бы, поэтому безжалостно нанесла удар в его единственное слабое место — в себя. Зная, как он на это отреагирует, она в дополнение лишила его возможности что-либо говорить, чтобы его подчинение выглядело для Совета максимально естественно: так, будто она заставила его сдаться магией.