Когда все уснули, один из мужчин Ракари во время своего дежурства тихо разбудил Наю:
— Госпожа Ная, госпожа Ракари была сильно ранена атакой стихии воды во время последнего боя на статус — у неё было сильное обезвоживание, и она до сих пор до конца не восстановилась. Целители рекомендовали ей пить больше воды и есть больше растительной пищи. Если вы можете…
— Я поняла, — тихо прервала мужчину Ная, — хорошо что сказал. Если я смогу что-то сделать, я сделаю.
— Спасибо, — мужчина поспешил отойти, чтобы больше не тревожить предводительницу, а Ная перевела взгляд на спящую Ракари: теперь стало понятно, почему она так болезненно выглядела. По воспоминанием Наи, индивидуальные бои — та ещё дрянь: нужно сразиться с пятью Мастерами своего Дома, доказав, каждому из них, что ты достойна того, чтобы вести отряд, и после этого ещё получить одобрение Управляющей, ответственной за бои. Следующим этапом были сражения на арене с профессиональными отрядами, но до них Ракари ещё не допустили, судя по тому, что сказала в Таэмране Райнара.
Лиас слышал всё, что сказал его предводительнице мужчина Ракари, и его сердце тревожно сжалось. Ему самому было сложно понять тёмных эльфов — на нём отсутствие воды до сих пор никак не сказывалось: тело светлого эльфа, черпая силы из природных энергий, легко выдержало бы неделю и две, а может и три без воды, прежде чем его бы начала по-настоящему мучить жажда. Ная и остальной их отряд пока держались нормально, и Лиас ни о чём не переживал, но, как оказалось, хорошо себя чувствовали не все, и хуже всего было то, что плохо себя чувствовала именно Ракари. Женщина вызывала в нём такую бурю эмоций, какой он никогда в жизни прежде не испытывал: ему хотелось оберегать её, защищать, касаться её, говорить с ней, быть ближе, быть рядом, но пока он ничего из этого себе не позволял. В конце концов, она была дроу и едва ли оценила бы такую заботу. А как проявляют свою симпатию тёмные эльфы Лиас не понимал: Ная вела себя с Ариеном и Кьяром предельно откровенно, игнорируя все косые взгляды в их сторону; у Аэна с Шиной были вполне тёплые, но нисколько не бросающиеся в глаза отношения; Кайру он до сих пор не видел, чтобы составить для себя какую-то картину того, как они взаимодействовали с Асином; а Райрана, которой вроде как, по словам Кьяра, нравился Эмиэль, на него даже не смотрела, по крайней мере, Лиас не видел с её стороны вообще никаких знаков внимания. Разброс был настолько чудовищный, что светлый эльф, просто не знал, что ему делать, поэтому пока просто молча наблюдал со стороны, пытаясь понять, есть ли у Ракари к нему хоть какой-то взаимный интерес. Но пока она ему только легко улыбалась, когда ловила его взгляд, и отворачивалась. Тем не менее, ему всё равно нравилось её рассматривать: невысокая, изящная; тонкая талия и красивая полная грудь, плотно обтянутые кожаным доспехом; длинные немного вьющиеся волосы, овальное лицо с пухлыми губами, аккуратным носом и ярко-красными, обрамленными длинными ресницами, выразительными глазами. Лиас с первого взгляда на неё почувствовал, как что-то внутри него восторженно затрепетало и будто расправило крылья, устремившись к ней навстречу. Если он теперь принадлежал Богам Хаоса, то он был готов сколько угодно возносить им свои молитвы, чтобы эта женщина, однажды пошла по жизни рядом с ним.
— Собираемся! Ная, скажи своему рабу, чтобы отлип от стены! — приказала Райнара, когда все немного поспали.
— Лиас, что ты там делать? — Ная подошла к светлому эльфу, но увидев быстро капающую из выемки в стене пещеры ему в ладони воду, замерла.
— Прости, Ная, я всё ещё забываю о своей магии, мне нужно было подумать об этом раньше… Я слышал ваш разговор, когда все спали. Ты не возражаешь..? — Лиас сбивчиво заговорил на светлом языке, явно нервничая и не зная, как лучше сказать, но Ная его поняла.
— Не возражаю. Ракари, иди сюда! — позвала она.
Та недовольно поджала губы, но, подойдя, замерла так же, как сама Ная минуту назад.
— Госпожа Ракари, — светлый эльф протянул в её сторону сложенные чашей руки полные воды.