— Слышали, правда, наконец-то орёт на меня как раньше, — Иран от души хлопнул Лиаса по спине, — только теперь ещё и ругается по-нашему. Молодец!
— Может ещё и на поверхность хочешь? — хохотнул Аэн.
— Нет, на поверхности мне делать нечего. Особенно если я теперь ещё и ругаюсь по-вашему и даже не замечаю, — улыбнулся Лиас.
Он только теперь до конца осознал, что произошло и чему его отряд так радовался. Оковы рабства, действительно, спали с его души, и он, наконец-то, чувствовал себя совершенно свободно. Когда это случилось, он и сам не знал, но понял, как и остальные только сейчас. Внезапно ему тоже захотелось в таверну, сладкой настойки из лиан, чтобы рядом сидела и смеялась Ракари, а потом уйти куда-нибудь с ней вдвоём. Поймав себя на этих мыслях, Лиас покачал головой — он, и правда, начинал вести себя, как дроу. Но если таково было влияние метки Ракари в его теле, то он был не против.
— Да гоблина лысого мы тебя отпустили бы, даже если бы и хотел, — Кьяр подал Лиасу поводья ящера, — ты — наш светлый эльф, твоё место здесь, хватит с тебя приключений.
— Рядом с вами мне, наоборот, кроме приключений ничего не светит, но я, на самом деле, только за! — хохотнул тот.
Лиас никогда бы не подумал, что годы страданий можно перечеркнуть всего за несколько месяцев, но появление Ракари стало для него мощным толчком, заставившим его забыть всё лишнее и снова стать собой. Ведь он должен был её защищать, он должен был поддерживать её и быть её опорой — он больше не мог позволить себе быть слабым, прятать глаза и опускать голову. Теперь всё это осталось в прошлом. Лиас ехал рядом с Ракари по тоннелю, вертя в пальцах изумруд на серебряной цепочке висевший у него на груди. «Выдержит ли он, если все его запечатанные воспоминания вернуться? Стоило ли разбивать печать на камне сейчас, был ли он уже готов? И хотел ли он вообще вспоминать?» Вопросы вертелись у него в голове, но найти ответы на них у светлого эльфа пока не получалось.
— Ты всю дорогу смотрел на эту подвеску. Это что-то важное для тебя? — Ракари села возле Лиаса на следующем привале, протягивая ему кусок вяленого мяса — ничего другого у них из еды не осталось.
— В ней запечатаны все мои самые тяжёлые воспоминания о времени, проведённом в Ортареле, — вздохнул светлый эльф, — я думаю, стоит ли их уже вернуть на место или дать себе ещё немного времени?
— Выкинь её, или отдай мне: мне интересно посмотреть, что там. Если тебе лучше без этих воспоминаний, и ты без них ничего не теряешь, то нет смысла и возвращать их, — Ракари пожала плечами и ещё раз глянула на изумруд на груди Лиаса. Если ей предстояло провести рядом с этим мужчиной всю жизнь, она хотела знать о нём как можно больше, и его рабское прошлое не было исключением. Спрашивать напрямую она не стала, понимая, что он вряд ли захочет рассказать, но внезапно оказавшиеся отдельно от него воспоминания, показались ей прекрасной альтернативой. Тем более, если в них как раз были все самые основные события. Ракари только не совсем понимала, зачем Ная вообще создала такую подвеску, но сейчас она сперва хотела её заполучить, а уже потом разбираться с тем, как и почему она появилась.
— Но разве я не должен помнить, что со мной произошло? — продолжал сомневаться светлый эльф.
— Зачем? — Ракари чуть склонила голову, заглядывая Лиасу в глаза.
— Это ведь моя жизнь… — тихо объяснил тот.
— Ну и что? Тёмные эльф столько воспоминаний за жизнь стирают друг другу… — хмыкнула Ракари.
— Тебе тоже стирали память? — Лиас выглядел искренне поражённым: почему-то вчера он не придал особого значения приказу Наи стереть память Райнаре, но терпеть, слушая Ракари, он действительно задумался: похоже, та была права, — вчера никто не воспринял это событие как нечто необычное или из ряда вон выходящее, видимо, манипуляции с памятью, и правда, были обычным делом.
— Не знаю, — рассмеялась Ракари, — какой смысл стирать так, чтобы я об этом знала? Это ж что за маг-недоучка должен был бы быть, чтобы допустить такую глупую ошибку?
— Но я ведь знаю, — возразил Лиас.
— Ну, в твоём случае это было необходимым, как я понимаю, — пожала плечами Ракари.
Она секунду подумала, а потом обратилась к Нае:
— Ная, кому из твоего отряда хоть раз стирали память?
— Из тех случаев, о которых я знаю, память точно стирали Асину, но это было много лет назад. А вообще, учитывая, что в моём отряде маг сознания, то я думаю, что нам всем кусков памяти не хватает. И скорее всего, по моему же приказу, — спокойно отозвалась предводительница.