– А тебя как звать? – спросил я, намереваясь сказать что-нибудь касающееся её имени, что задело бы её.
– Фемина, – спокойно ответила она, вглядываясь вдаль.
Ничего существенного, касающегося её имени, что могло бы её обидеть или разозлить, мне в голову не пришло, и я в ответ просто промолчал.
– Ну что ж, храбрец, может подбросить тебя до города? – спросила она, не поворачиваясь в мою сторону.
У меня было огромное желание сказать ей, что она может проваливать куда подальше, и что я и без неё могу добраться до города, но её слова о дорожных разбойниках меня заставили задуматься. Не говоря ни слова, я подошёл к лошади, она протянула мне руку, схватившись за неё, я запрыгнул на своё место позади Фемины.
– Держись, – сказала она чуть слышно и ткнула сапогами в бока коня.
В этот момент я не пожалел, что послушался её совета и держался крепче. Конь резко рванул вперёд и понёсся на большой скорости вперёд, поднимая клубы серой пыли. В роли наездника я пребывал впервые в жизни. Конечно же, в детстве все скакали на палках, изображая из себя всадников, но вообразить такие ощущения я не мог. Это было подобно волне, подхватывающей тебя вместе с лодкой и несущей вперёд, но намного более впечатляюще. Через некоторое время впереди рядом с дорогой показался двухэтажный деревянный дом, рядом с которым стояло несколько человек, которые оживлённо спорили, сильно жестикулируя при этом. Фемина остановилась недалеко от входа и пихнула меня локтём, давая понять, что пора слазить.
– Передохнём немного, у нас есть немного лишнего времени сегодня, – с этими словами она направилась быстрым шагом к входной двери, мне осталось только последовать за ней.
Войдя внутрь, я увидел большое количество людей, сидящих за круглыми и прямоугольными столами, на которых стояла всевозможная еда и напитки. Вокруг стоял такой гам, что сложно было что-то разобрать из слов говоривших, было только ясно, что каждый старается говорить погромче, чтобы его слышали рядом сидящие, и от этого голоса сливались в неразборчивый шум. Фемина заняла место за одним из свободных столов, я присел напротив, с другого края. К нам подошёл какой-то пожилой пузатый мужик с большой лысиной на всю голову в засаленном грязном фартуке. Улыбаясь натянутой на лицо улыбкой, он молча смотрел то на меня, то на Фемину, чего-то выжидая. Не понимая, что ему нужно, я вопросительно посмотрел в её сторону, но она опередила мой вопрос.
– Брагу обоим и быстро, – сказала она, не глядя на него.
Но он отчего-то не пошёл за брагой, а молча смотрел на нас, чего-то выжидая. Поняв, чего ему надо, она молча швырнула в его сторону монету, которую он поймал как собачка, которой кинули кость. Что-то было в нём от Берга. Возможно, это большой живот или глупая улыбка на всё лицо. В любом случае это сходство отталкивало.
– Так, значит, ты направляешься в Маралл? – спросила Фемина, поправляя кисточку волос на своём шлеме, который уже стоял на столе.
– Да, именно туда.
– Интересно узнать, зачем понадобилось туда идти человеку, который там ни разу не был?
– Хочу найти себе работу, скорее всего в городской страже.
– М-м-м, в страже, – сказала она, не объясняя, что означают эти слова.
– А эта штука у тебя откуда? – спросила она, кивая в сторону моего меча.
– Подарок друга. Близкого друга, – уточнил я.
Фемина ничего мне не ответила, выражение её лица было безразличным, как будто она не услышала мой ответ или не хотела слышать, задавая этот вопрос просто так.
Толстяк в засаленном фартуке принёс брагу в двух больших кружках, поставил на стол и тотчас же поспешил обратно. Фемина молча придвинула к себе кружку, взяла одной рукой за ручку и сделала долгий глоток. Я поспешил сделать то же самое, отхлебнув пенящийся напиток из моей кружки. Вкус был горьковатым и пьянящим, брагу я пил впервые, поэтому не мог по-настоящему оценить её добротность, её вкус был для меня просто непривычным.
– Тебе не жарко в доспехах в такую жару? – спросил я её.
– Для воина жара не страшна, – чётко ответила она.
«Наверное, у них хорошая дисциплина, если она даже в такую жару носит доспехи и даже не жалуется», – подумал я.
– Ты ведь из Квинтия?
– Да, именно оттуда, – сказала она после большого глотка холодной браги.
– Разве женщины могут быть воинами?
– Женщины всё могут.
– Я никогда не слышал о таком.
– У нас это разрешено, но всё равно это пока редкость.
В этот момент к Фемине подошёл один из завсегдатаев этой таверны, изрядно выпивший и намеревавшийся с ней заговорить. Некоторое время он просто смотрел на неё мутным взглядом, как будто подбирая слова, а потом вдруг его взгляд просветлел, и он выговорил заплетающимся языком: