— Ох, ну наконец-то, дядюшка! – воскликнула Лидмита с облегчением.
Я удивлённо уставился на неё не понимая, как оказался на полу. Девушка смущённо потупилась, видимо вполне разгадав мои мысли, и выкатила из-под юбки пустую бутылку. Я с трудом удержался от смеха. Приложила меня племянница знатно.
Младшая дочь Грегоша вообще мало походила на девочку характером даже в детстве, а уж сейчас и подавно. Если бы один из основных законов империи не гласил, что наследником может быть только потомок мужского рода, брат давно бы сделал эту егозу императрицей.
— Сильна! – выдавил я, приподнимаясь с пола. И огляделся, не находя в кабинете его непосредственную хозяйку. – А где?
—Я отправила её выполнять свои должностные обязанности за пределами этой комнаты. Подумала, что лучше не провоцировать тебя ещё раз. – проворчала Лидмита, помогая мне утвердиться в вертикальном положении.
— Я не успел… – заговорил я, пытаясь вспомнить, что отпечаталось в сознании последним.
— Не успел. Я оказалась проворнее, а синяки твоя ямомучительница под высоким воротом спрячет.
— Что ты вообще тут забыла, красотка? – поморщился я, стараясь не усугублять. Второго приступа за утро я не потяну.
— Да вот отец вырвал прямо из Южной резиденции. Сказал, что у тебя есть ко мне интересное задание.
Я потер лицо, стараясь избавиться от слабости и тихо ругнулся. Впутывать племянницу не особо хотелось, но Грегош мыслил верно. Фрейлина принцессы будет вне подозрений, а уж приближенную подругу дочери императора никогда не посмеют задеть. По крайней мере явно.
— У меня действительно есть к тебе просьба, Мита. Скажи, сколько сейчас у тебя фрейлин в наличии?
— Да почти полтора десятка. За два года в Южной резиденции я многих выдала замуж. Несколько молоденьких прибыло в начале лета.
— Мне нужно, чтобы ты полностью заменила их всех в ближайшую десятицу. Придумай любую даже самую невероятную причину для этого. Устрой конкурс за место фрейлины, набери десяток новых, – вздохнул я, осторожно обнимая племянницу. — И тебе придется вернуться, красотка. Прости, я понимаю, это сложно, но мне нужно спрятать в твоём цветнике одну конкретную девушку. Пусть появится вместе с другими фрейлинами.
— Кто она? – вымученно выдохнула Лидмита. Она любила Таймира, как старшего брата и очень тяжело пережила его предательство.
— Кирнани Лиллен – воспитанница твоей матушки.
—Я не смогу, Ваз. Разговаривать с ней и все время знать, что это она… это из-за нее... – едва слышно выдохнула Мита, сдерживая слёзы.
— Это не она! – твёрдо притопнул я, прижимая девушку ещё крепче к себе. – Таймира убил я. Пытал, вытягивая подробности заговора, и убил собственными руками.
Лидмита вздрогнула и сжалась, но от моих рук не отодвинулась. О моих приступах она знала меньше собственного отца, но куда больше всех прочих обитателей дворца. Скрыть проявления собственного безумия внутри семьи было невозможно, да я и не собирался. Лгать кровным родичами, которым рано или поздно придётся воспитывать детей с похожими проблемами, было по меньшей мере глупо. Но вот то, что девушка способна будет не возненавидеть меня после этого предательства и даже не оттолкнет, я не ожидал.
Женское сердце – удивительный орган. Оно умеет быть милосердным и милостивым. И способно любить и жалеть даже тех, кто заслуживает отвращения.
— И вот ещё что. Я буду приводить её в Южную резиденцию каждое утро и забирать каждый вечер. Единственное место, где этого не заметят, твои покои. Постарайся приблизить её к себе и поселить во внутренних апартаментах рода. Там гораздо проще пользоваться Аркой перехода.
Лидмита молча отстранилась, позволила мне стереть ладонью остатки слез со щёк и неуверенно улыбнулась.
— Что за интригу вы задумали, дядюшка?
Глава 3
Кирнани Лиллен Анайрэ из дома Шад
Завтракать мне пришлось в одиночестве, чему я только обрадовалась. Его Светлейшее Сиятельство вызывал у меня слишком противоречивые чувства. С одной стороны, я понимала, что никакие эмоции не помешают ему меня использовать. В личных или в государственных целях, уже не столь важно. Более того, я и сама собиралась так же использовать его, а потому не могла даже особенно злиться. Да и на что? Я бы никогда не смогла уважать мужчину без твёрдых жизненных принципов. Глава Тайной стражи в этом смысле был идеалом для подражания. На первом месте для него всегда стояло благополучие империи, ради которого он без особого трепета совершит любое преступление. И не одно. Это я могла понять. Присяга и верность собственной стране – превыше всего. В каком-то смысле я восхищалась этим человеком, его умом, хваткой и прочими качествами. Восхищалась давно, еще с тех времен, когда покойная ныне императрица привозила меня вместе с другими сиротами в столицу. Даже его безумие в этом свете становилось уже не недостатком, а досадной мелочью. И, наверное, именно потому, что Князь был частью той моей жизни, когда я еще доверяла людям, теперь я верила ему и его словам. Он не был для меня предателем, не внушал страха, как все остальные мужчины. Просто со вчерашнего дня его было для меня слишком много. Мне нужна была передышка, которую Князь мне великодушно предоставил. Идеальный мужчина. Влюбиться что ли?