— Ты связывался с Этьеном? — спросила я Лоренца, сознательно игнорируя комментарий Вельфа.
— Да, но у меня не получается, — Лоренц посмотрел на меня широко распахнутыми глазами. — Думаю, я не могу посылать сообщения через пол света.
Я кивнула и закрыла глаза. Затем попыталась связаться с Этьеном. Он не отреагировал. Я не стала открывать глаз и попробовала тоже самое с Дульсой. С ней я тоже потерпела неудачу.
Я слышала, как Лоренц нетерпеливо переступал с ноги на ногу, но не торопилась и также послала сообщение Хелене.
Это заняло некоторое время, но внезапно я услышала в голове её голос.
«Мы в порядке. Мы смогли сбежать от Морлемов. Что насчёт Лоренца? Мы ужасно беспокоимся.»
«Лоренц в безопасности», — ответила я. «Скоро мы вернёмся домой.»
Я не стала углубляться с Хеленой в детали, а открыла глаза.
— Они в безопасности, — быстро сказала я, и Лоренц с облегчением выдохнул.
— Как они смогли спастись? — спросил Лоренц. — Там везде были Молремы.
— Этого я не спросила, — ответила я. — Но для Хелены это вполне осуществимо. Как именно она это сделала, мы сможем спокойно обсудить, когда вернёмся в Шенёфельде.
— Мы? — удивился Вельф. — Это плохая идея. Ты только что устроила массовое сборище Молремов.
— Моё защитное заклинание держались, — напомнила я. — Просто нужно обзавестись маскировкой получше. Тогда даже Бальтазар не заметит, что я гуляю прямо рядом с ним.
— Раз ты так говоришь, — вздохнул Вельф.
— Да, говорю, — ответила я, подавляя зевок. — Теперь нам стоит отдохнуть и поберечь силу. День будет длинным.
— Разве ты не хочешь войти в дом? — удивился Лоренц.
— Конечно я хочу войти, — смирившись ответила я. — Но я пообещала Торину, что подожду его. Хотя это было до того, как я узнала, что он перебарщивает с осторожностью. Но я, по крайней мере, согласна с тем, что мы должны поберечь силы, пока наши травмы не будут обработаны. Он сказал, что дом живой, и я не знаю, что ожидает нас внутри. На данный момент приходится ждать всё что угодно. Поэтому будет лучше лечь и собраться с силами. Давайте все попробуем немного поспать.
— Наконец-то разумное предложение, — проворчал Вельф. — Живой дом! Звучит не особо привлекательно.
Он отвернулся и нашёл себе уютное местечко недалеко от кустов лилий. Мы с Лоренцем тоже устроились под персиковым деревом. Вообще-то, я хотела ещё немного поговорить с Лоренцем, чтобы выяснить, что ещё мои друзья предприняли, пока меня не было. Но как только легла на мягкую траву, тут же заснула.
Когда я открыла глаза, солнце уже близилось к горизонту. Последние несколько часов были одним бесконечным кошмаром, и я была рада, что сдержала обещание, данное Торину и не вошла в зелёный дом. Если бы мне пришлось защищаться там, я бы не справилась. После нашего прибытия, мы, относительно спокойно, проспали утро, но уже вскоре о сне невозможно было думать.
Боль с каждым часом становилась всё более невыносимой, и я с нетерпением ждала Торина, который принесёт нам избавление. Я посмотрела на свои руки. Места, где ко мне прикоснулись Морлемы, побагровели и так жгли, будто кожа горела.
Но, как будто этого было недостаточно, на воспалённой коже образовались огромные волдыри. Сначала любое движение причиняло боль, теперь же жгучая боль на коже не прекращалась. Чего я только не перепробовала. Но ни вода, ни ветер, ни лёд, ни снег не смогли облегчить боль.
В то время как Вельф переносил боль молчаливо, Лоренц непрерывно стонал и жаловался.
Его руки выглядели ужасно. Огромные болезненные волдыри повыскакивали от запястий и до самых локтей. Сначала Лоренц ещё ходил по маленькому саду, пытаясь отвлечься.
Но вскоре снова сел под персиковым деревом, потому что заметил, что движения ещё усиливают боль. Я пыталась успокоить и поддержать Лоренца, как могла. Но почти ничего не могла сделать, поэтому часы проходили мучительно медленно. Прямо сейчас Лоренц немного задремал, и у меня была передышка. Однако боль не позволит ему спать долго.
Я наблюдала за закатом, надеясь, что скоро увижу где-нибудь Торина. Сегодня у меня было много времени, чтобы подумать. Я много раз прокручивала в уме вечер в Шёнефельде, всё время задавая один и то же вопрос.
Почему Зара фон Некельсхай добровольно не отдала мне, вернее Эдгару, ключ? Она же уже согласилась. Она поняла, кто я на самом деле? Разгадала, кто скрывается под маскарадом? Или она хотела сдать Морлемам моего дедушку? Неужели она так и не простила его за то, что когда-то, но выбрал другую? Я могла лишь догадываться, насколько глубокой была её боль.
Но уже скоро мои мысли понеслись дальше. То, что в конечном итоге заставило так поступить Зару фон Некельсхайм, больше не имело значения. Я действительно должна хорошо подумать, кому доверять в будущем, а троюродная сестра дедушке, безусловно, не находилась в числе тех, кто был на моей стороне.