Я раздумывала, где же мог прятаться Парэлсус. Было несколько магов, которые исчезли и больше никогда не появлялись. Это было довольно странно. Мистер Лилиенштейн был одним из них, а также Константин Кронворт. Профессор Пфафф сказал мне, что даже фавны исчезли. Но куда они все подевались? Фавны не такие уж незаметные существа. Они не могли просто затеряться. Должно быть им кто-то помог.
Все больше и больше возникало ощущение, что я упускаю из виду что-то важное. Я с болью в сердце осознала, что предчувствия и видения скоро закончатся. Какие из них действительно исходили от меня, а какие вызвала Звезда Комо?
Мне будет нелегко расстаться с подарком моей матери. Это была одна из немногих вещей, что напоминали мне о ней.
Торин указал вперед. На горизонте возникли розовые стеклянные зубцы, в гранях которых отражался солнечный свет. Гондана была великолепным городом, в котором любили выставлять все напоказ. Каждый житель хвалился тем, что он имел и чем владел, и, поскольку это было чисто магическое поселение, маги-архитекторы не ограничивали полет своего воображения.
Раньше я всегда просто проносилась по городу, не осознавая его особенностей. Я была чересчур обеспокоена тем, что могут появиться Морлемы, а мое защитное заклинание не выдержит. Но к настоящему времени я испытала его во многих ситуациях и, вступая в Гондану, больше не беспокоилась за него.
Больший риск представляла магия иллюзии образа, который я выбрала. Я слишком мало знала о старой леди, чтобы достоверно изображать ее. Поэтому могла только надеяться, что не встречу никого в Гондане, кто знал бы ее и захотел начать разговор. Я даже не знала ее полного имени, потому что только однажды кратко познакомилась с ней, как с Лизбет.
Пока что я не теряла надежды на свою удачу. Почему я никогда не играла в лотерею? Или не рискнула сразиться с Бальтазаром? В голову пришли те случаи, когда мне чудом удавалось выйти сухой из воды. Если бы я знала раньше, то рисковала бы гораздо больше, и исследовала бы границы своей удачи гораздо шире.
Но сейчас было уже слишком поздно, и я могла лишь с сожалением вспоминать об упущенных возможностях. Сейчас мне нужна удача в последний раз. Чтобы вытащить Адама из лап гномов. На все, что будет потом, Звезда Комо не могла оказать влияние.
— Мы почти на месте. Ты готова? — Торин вопросительно посмотрел на меня. Мне действительно пришлось взять себя в руки, чтобы не улыбнуться. Торин выглядел в образе Конрада действительно странно. Время от времени я замечала мерцание в его иллюзорном заклинании и между рыжими завитками Конрада мелькала пара взлохмаченных светлых прядей.
— Все в порядке, — крикнула я сквозь ветер. — Следи за своей иллюзией. В ней есть пробелы.
Торин кивнул, и я снова посмотрела вперед. Гондана была зачарована против нежелательных взглядов. Только те, кто произносил заклинание, могли увидеть поселение. При приближении неординарная современная архитектура города открывалась взору все больше и больше. Высокие пики четче вырисовывались. Было видно, что башни частично сделаны из металла, частично из стекла или камня.
Все они, как шипы, стремились в ясное голубое небо над австралийской пустыней.
Теперь я могла разглядеть окна и балконы на остроконечных зданиях и магов, летающих между башнями. Это выглядело необычно, но очень красиво. Было приятно, что не нужно притворяться и можно использовать свои возможности. Может быть, многие последователи Бальтазара надеялись для себя на такие же возможности? Иметь свободу быть теми, кем они являлись.
Но они забыли что-то важное. Мы не одни в этом мире. И не можем ради нашей свободы принудить всех остальных к рабству.
Мы медленно приблизились к первым домам. Торин снизился, и мы направились к одной из официальных посадочных площадок, которых в городе было множество. Этим ранним утром было довольно-таки плотное движение. Маги с сумками и корзинами в руках, следовавшие по своими повседневными делам, взлетали и приземлились в быстрой последовательности, а затем растекались с огромной площади, исчезая в разных улицах и переулках.
Торин лучше ориентировался здесь, и я пропустила его вперед. Он приземлился и отошел на несколько шагов в сторону. Я села после него и последовала за ним. На мгновение я забыла, что окутана иллюзией, и только укоризненный взгляд Торина напомнил, что, если я выглядела как пожилая дама, то и двигаться должна была соответствующим образом.
Поэтому я подошла к Торину на, казалось бы, закостенелых ногах и зацепилась за его руку, как это любили делать пожилые дамы, когда чувствовали дрожь в конечностях. В умеренном темпе мы направились прочь с большой площади, в середине которой находилась посадочная площадка. Вскоре мы приблизились к высотным монументальным зданиям, которые впечатляюще тянулись в небо. Снизу они казались еще больше.