Торин задумчиво посмотрел на меня.
— Хорошая идея, — в конце концов промолвил он. — Я предложу это господину Лилиенштейну.
— Предложи, — сказала я. — И если вам нужна будет помощь в чём-то ещё, то обращайся ко мне или Адаму.
— Спасибо…
Торин уже собирался сказать что-то ещё, но вдруг замер и заворожено посмотрел в сторону «Гостинной Шёнефельде».
Я проследила за его взглядом и увидела, как из неё вышла Ширли. В одной руке она балансировала поднос полный стаканов, в другой несла две тарелки. Кажется, она нас не заметила и прошла прямо к столикам «Гостиной Шёнефельде». Ширли похудела, даже в темноте были видны тёмные круги под глазами. Её волосы всё ещё были выкрашены в чёрный цвет, и она связала их в свободный хвост, который позволял отчётливо видеть выбритые полосы.
Она улыбалась, когда подвала заказы, но я видела, что это не настоящая улыбка. Её окружала печаль, которая скорее угадывалась, чем была явной.
Я услышала только короткий шелест, и поняла, что случилось.
Когда я снова повернулась, Торин уже исчез, а надо мной в ночь удалялся тихий шелест хлопающих крыльев.
Сюрпризы
— Кстати, моя книга уже почти готова, — заметил Лоренц, заплетая последнюю прядь моих волос и закрепляя её на голове. — Я работал над ней всё лето, ну, наряду со всеми свадьбами и вечеринками в честь рождения детей. Скажу тебе, она феноменальна. В этой книге я расквитался со всей лицемерной индустрией моды. Эта книга критикует Гизеллу Верпоччи и Скару Энде. Существует настоящая мода и настоящие мнения по этому поводу, а о настоящих горячих парнях мы позаботимся на следующей неделе. Этьен организовал фотосессию. Это будет, так сказать, фотоальбом с эстетическими фотографиями и претенциозными текстами, — Лоренц тяжело вздохнул. — Потом мне нужно будет ещё раз критически проверить её, и тогда моё дитя сможет увидеть свет мира.
— Поздравляю, — сказала я, прокашлявшись, потому что у меня пересохло в горле.
Лидия быстро отреагировала, протянув мне стакан воды.
Я сделала небольшой глоток, разглядывая себя в зеркале моей маленькой ванной в Каменном переулке. Бледность было первое, что я заметила. Даже макияж Лоренца не смог её скрыть. Я выйду замуж. Сейчас. Ну, по крайней мере, через час, если до этого просто не свалюсь в обморок.
— Кстати, я ещё раз повторил семинар Брюса против аэрофобии, — рассказал Лоренц, пока убирал свои расчёски, заколки и щётки.
У меня появилось подозрение, что своей болтовнёй он пытался побороть моё волнение.
— Правда? — ответила я, чтобы показать, что я благодарна за его усилия.
— Да, Брюс уже говорил, что есть случаи, которым нужно больше времени, чтобы преодолеть свой внутренний барьер, и, кажется, что я именно такой случай.
Теперь Лоренц сложил губные помады, румяна и тушь в свой чемоданчик для макияжа.
— Почему ты хочешь летать? — рассеянно спросила я, глядя на кремовое платье длиной до колен, которое Лоренц, в конечном итоге, выбрал для меня. Оно было простого покроя, без складок, бантов или блёсток. Это могло бы быть обычное летнее платье, настолько он было простым. Но именно из-за своей простоты оно и было таким очаровательным. Конечно не таким очаровательным, как то великолепное платье, каким Лоренц хотел наградить меня вначале. Но оно соответствовало празднику, и лишь это было важно.
— Мне нужно к Константину Кронворту, — сообщил Лоренц так удивлённо, будто я не поняла что-то совершенно естественное.
— Для чего?
Я поправила края юбки на платье, а затем прошла в свою комнату, где на моей кровати сидела Лиана и когда я вошла, посмотрела на меня сияющими глазами.
— Константин Кроноврт должен стать моим наставником, — ответил Лоренц. — Это он вдохновил меня на это произведение, и я хочу спросить, поможет ли он мне придать ему последние штрихи. Ведь теперь у него достаточно времени.
— И где же теперь наш великий деятель искусств? — спросила, вставая, Лиана. — Ты прекрасно выглядишь, Сельма.
Она ободряюще подмигнула и протянула Лоренцу несколько маленьких цветков, которые тот ещё закрепил в моих волосах.
— Константин удалился на ледник Халлерн, — сказал Лоренц. — И хотя через дверь можно попасть в туристический центр неподалёку, но до самого ледника добраться можно только, полагаясь на свои силы.
— Странно, — пробормотала я. — Обычно двери расположены так, что почти никогда не приходится делать ни одного лишнего шага.
— Это верно, но здесь всё по-другому, и так было задумано, — ответил Лоренц и протянул мне пару белых туфель с маленьким каблуком. — Ледники Халлерн — это не парк развлечений. Огонь, который окружает их, представляет очень серьёзную опасность. Таким образом, владельцы хотели лишь убедиться в том, что на ледник ступят только те, кто физически действительно в состояние это сделать, чтобы в случае внезапного извержения, они смогли спастись.