— Конечно, хочу, — серьёзно ответила я. — Это из-за Бальтазара.
— При чём тут он? — похоже, Дульса не видела связи.
— Я думаю, что Ладислав Энде — наш оплот против Бальтазара, — отозвалась я. — Густав Джонсон действует от имени Бальтазара. Кажется, теперь это стало очевидно. Как только Ладислав Энде проявит слабость, Густав Джонсон расчистит путь для захвата власти Бальтазаром. Когда это случится, Объединённого Магического Союза, как мы его знаем, больше не будет существовать.
Лиана, Дульса и Лоренц замерли, удивлённо глядя на меня.
— И какой тогда у вас план? — спросила хрипло Дульса.
— У Адама есть идея, что как только мы найдём атрибут власти, использовать его против Бальтазара, — задумчиво произнесла я. — Только после этого мы хотим его уничтожить.
— Вы хотите сразиться с Бальтазаром? — спросила испуганно Лиана, и беззаботность последних недель в тот же миг исчезла.
Я спокойно посмотрела на Дульсу, Лиану и Лоренца.
— Я не хочу воевать с ним, — медленно сказала я. — Но он хочет убить Адама и меня. И мы все знаем, что рано или поздно так случится, что нам придётся сразиться с ним и Морлемами. Это только вопрос времени, потому что мы стоим на самом верху в списке его врагов. Бальтазар просто так нас не отпустит, и когда мы столкнёмся друг с другом, нам понадобится все ресурсы, которые удастся получить. Может мы сможем как-то использовать Звезду Комо. В битве за мою жизнь и жизнь Адама я бы воспользовалась что угодно.
— Понимаю, — сказала Дульса.
— Я систематически ломаю голову над тем, где ещё может быть спрятан этот алмаз, но у меня просто больше нет никаких идей. План господина Лилиенштейна кажется мне наиболее состоятельным. Мы с Адамом нашли два дома, в которых когда-то жил мой дедушка.
— Очень хорошо, — заметила Дульса.
— Ну, не совсем. Один из домов был снесён, а другой мы обыскали и ничего не нашли. Мы провели в городском архиве бесконечно много времени, но нам это ничего не дало.
— Теперь вы знаете, где нет перехода, — утешил Лоренц. — Я знаю, что сейчас ты находишься в дурацкой ситуации. Но Брус на семинаре о свободном от страха полёте всё время повторяет, что нам нужно быть терпеливыми к себе и понять свои внутренние конфликты, прежде чем разрешить их.
— Ты действительно думаешь, что мне это сейчас поможет? — спросила я со вздохом. — Мне нужна идея, совет или подсказка. Я не могу сосредоточиться на учёбе. Постоянно ломаю голову, потому что другие ищут и работают, а мы с Адамом сидим сложа руки и ссоримся со Скарой.
Лоренц удивлённо посмотрел на меня.
— Я не это имел в виду. Ты должна сосредоточиться на учёбе. У тебя есть уникальный шанс сдать экзамен 5 уровня. Это огромная честь. Ты не можешь просто так всё бросить.
— Полностью с ним согласна, — поддержала его Лиана. — На данный момент всё тихо, и даже Объединённый Магический Союз благосклонен к вам. Попытайся просто наслаждаться временем, даже если это не так просто, когда тебе всё время кажется, что нормальная жизнь и повседневное счастье в любую секунду могут закончиться.
— Это верно, — задумчиво сказала я. — Мы с Адамом до сих пор практически не жили в мире и спокойствии.
Дульса с пониманием кивнула, и именно в этот момент в коридоре что-то застучало. Немного погодя Ширли просунула голову в кухню. Она выглядела уставшей и изможденной.
— Вечер игры в Драбеллум? — спросила она, и я увидела улыбку в ее глазах.
— Да, — ответила Лиана и подошла к духовке. — Макаронная запеканка почти готова. Осталось самое большее 5 минут, — она опытным взглядом оценила коричневую корочку сырного слоя. — Потом начнем. Только не говори, что ты не слышала ни одного из моих десяти приглашений.
— Возможно, я услышала после третьего, — улыбнувшись ответила Ширли. Она зашла в кухню и села с нами. — Как прошел твой день?
— Хорошо, — ответила Лиана и достала тарелку и столовые приборы для Ширли. — По средам всегда более спокойно. С завтрашнего дня начнутся закупки на выходные. Кстати, я планирую открыть специальный отдел магических продуктов. Наподобие того, как было сделано в новом книжном магазине.
— Хорошая идея, — кивнула Ширли.
— А как прошел твой день? — Лиана с интересом посмотрела на Ширли, и у меня на душе стало спокойнее оттого, что они каждый вечер вели этот разговор и присматривали друг за другом.
— Смена в «Гостиной Шёнефельде» была скучной, но я пересмотрела статью, которую написала весной. Речь шла о заболеваемости сенаторов, — когда Ширли начала рассказывать о своей работе в качестве журналистки, выражение её лица изменилось. Она выпрямилась и с энтузиазмом посмотрела на нас. — Я подумала написать своего рода обновление. Безусловно будет интересно узнать, улучшилась ли с тех пор ситуация или нет.