— Что случилось? — глухо спросила я.
— Господин Лилиенштейн уехал, — ответил коротко Торин.
— Что это значит? — я вопросительно посмотрела на Адама.
— Для нас это значит, что сейчас никто не ищет Звезду Комо, — ответил Адам.
Я многое услышала в его голосе: гнев, печаль, разочарование. Те же самые чувства, которые проснулись во мне, пока я пытала понять его слова.
— Вы с ним разговаривали? — я вопросительно посмотрела на Адама.
Господин Лилиенштейн не исчез бы просто так, не сказав ни слова. Он был надёжным человеком.
— Он закрыл свой разум и не отвечает на сообщения, — ответил Торин глухим голосом. Затем его щеки покраснели, и я почувствовала его откровенное разочарование. — Я до сих пор не могу этого понять. Пока я путешествовал и пытался отыскать следы этой легенды, он упаковал свои вещи и уехал. Оставил мне только записку.
— И что там в записке? — спросила я, бросив на Ширли осторожный взгляд. Она неподвижно сидела и смотрела на Торина, не говоря ни слова. — Может его похитили? Может его поймал Бальтазар или люди Ладислава Энде?
— Я так не думаю, — ответил Торин. — Он оставил дом в полном порядке. Кроме того, написал, что из-за неотложного дела должен пока прервать поиск и даст о себе знать, как только снова появится время. Такого никто не будет писать, если его насильно выволакивают из дома, тем более я уверен, что господин Лилиештейн может себя защитить и без проблем одолеет своих противников.
— Это тоже верно, — задумчиво сказала я.
— Он в последнее время путешествовал или встречался с кем-нибудь? — спросил Лоренц в стиле агента. Затем довольно вздохнул. — Наконец-то снова захватывающее дело. Медленно, но верно мне начинают надоедать детские вечеринки. Вечеринки в честь избирательных компаний и то были более захватывающими.
— Я не знаю, — ответил Торин, прислонившись к косяку комнаты Лианы. — Он проводил большую часть дня в доме. Сидел в своём кабинете, делал заметки и обменивался сообщениями с разными людьми. Он всегда был в курсе текущих событий в Шёнефельде.
— И он не оставил тебе никаких дополнительных инструкций для поиска атрибута власти? — недоверчиво спросила я.
— Нет, — опечалено отозвался Торин и теперь посмотрел прямо на Ширли, которая всё ещё бледная и неподвижная, сидела за столом для игры и смотрела на Торина, как будто не могла поверить в то, что он действительно был здесь. — Я хотел его найти, — тихо сказал он, и мне показалось, что теперь он разговаривает только с Ширли, и эти слова предназначены только для неё. — На данный момент для меня ничто другое не имеет значение. Но я больше не знаю, где искать. Хотя я и выяснил ещё парочку деталей об этой легенде, но стало ясно, что этот след ведёт в никуда. Не знаю, что ещё можно предпринять, и я не уверен, что господин Лилиенштейн знает. Поэтому он ушёл. Потому что рыться в пыли больше не имело смысла.
— Может он где-нибудь в другом месте пытается найти зацепку и не хотел давать тебе напрасную надежду, — попыталась успокоить я.
Торин с трудом отвёл взгляд от Ширли и посмотрел на меня. В его глазах вспыхнули гнев и разочарование.
— Да ты сама в это не веришь, — ответил он, немного повысив голос. — В течение нескольких недель я верил, что господин Лилиенштейн знает, что делает и много работал. Но всё было напрасно, — он посмотрел на Ширли с выражением глубокой печали. — Мне очень жаль, — хрипло прошептал он, и я увидела, как Ширли плотно сжала губы. А затем, лишь на одно мгновение, я заметила, что у неё на глаза навернулись слёзы.
— Я уверен, что есть объяснение поведению господина Лилиенштейна, — успокаивающе сказал Адам.
— Конечно. Всегда есть логичное объяснение, — ответил мрачно Торин, не отрывая от Ширли взгляда. — Но для меня будет уже поздно. Я возвращаюсь в Чёрную гвардию. Если уж с господином Лилиенштейном я не могу ничего найти в этой пустоши, то один тем более.
Его слова прозвучали как извинение, и внезапно в комнате стало тихо, в то время как Ширли и Торин молча смотрели друг другу в глаза.
— Это было не напрасно, — в конце концов прошептала Ширли матовым голосом. — Ни один шаг на этом пути не может быть напрасным, даже если он не ведёт прямо к цели.
— Что теперь? — спросила Дульса. — Мы можем что-нибудь сделать? Например, что-то найти? Или провести расследование? Неважно что, я с удовольствием вам помогу.