Казалось, Парэлсусу было сложно выразить свою просьбу сладким и дружелюбным тоном. Только благодаря своему сильному желанию встретиться с этим вундеркиндом он смог это сделать.
— С Хеленой фон Торен? — недоверчиво спросила я. — Это действительно невероятно, что все так ей интересуются.
— Она исключительно талантлива, и я не имею в виду ту магию, которую господин Лилиенштейн приобрёл, благодаря книге из Мантао. Она сражается, но не разрушает. Она творческая и чувствительная натура. Она прозрачная и настолько чуткая, что, вероятно, даже не думает об использовании элементов, а просто делает это интуитивно.
— Такое возможно, — задумчиво сказала я. — Посмотрим, что я смогу сделать.
— Было бы очень мило с твоей стороны, — напыщенно ответил Парэлсус.
— Да, было бы, — согласилась я. — Может тогда, при случает, вы тоже могли бы сделать для меня что-то милое.
Дружелюбное выражение лица Парэлсуса застыло, и я с трудом сдержала улыбку.
— Конечно, — в конце концов ответил он.
— Если я снова окажусь в опасности, которую не заметила, вы могли бы, например, просто предупредить меня, — предложила я.
— Без проблем, — ответил Парэлсус.
— Отлично, — попрощалась я. — Тогда до скорого.
— Да, до скорого.
Парэлсус ещё проводил меня до двери, и я вышла в медиатеку, в то время как дверь уже снова захлопнулась позади меня.
Я задумчиво поднималась по лестнице в вестибюль. Тот факт, что Парэлсус тоже не знал, почему и куда исчез господин Лилиенштейн, делало это обстоятельство ещё более странным. Но как бы сильно мне не было интересно, что заставило господина Лилиенштейна исчезнуть, всё же я не могла больше тратить на это время. Я должна найти другое решение для нашей проблемы, вместо того, чтобы продолжать надеяться на господина Лилиенштейна.
Я пересекла вестибюль и вышла во двор. У меня была запланирована встреча с бабушкой. Она хотела провести со мной ещё один урок обучения на духовного странника.
Но это была не единственная причина, почему я хотела поговорить с ней. Последним человеком, которому принадлежала Звезда Комо, был мой дедушка, и я решила расспросить бабушку ещё раз. Может мы до сих пор упустили из виду какую-то деталь, которая могла бы помочь нам в поиске. Любимое место, несколько невзначай сказанных слов о друзьях, какой-то улицы или местности, где дедушка часто бывал — всё могло быть в помощь.
Я быстрым шагом пересекла двор замка и спустилась в Шенефельде. Идя по рыночной площади, я наладила контакт с Адамом и рассказала ему о разговоре с Парэльсусом.
— Значит палата сенаторов все еще следит за нами, — недовольно заметил он. — Прости, что я это недооценил.
— Мы оба недооценили, — ответила я, шагая под голыми ветвями каштанов и шурша опавшей листвой под ногами. После затяжных дождей, осень наконец-то показала себя во всей красе. Вышло солнце и немного согрело воздух во второй половине дня. — Честно говоря, я тоже не знала, что сенатор Густав Джонсон так пристально наблюдает за мной.
— Ширли была права насчёт своих опасений и принципов, — с горечью промолвил Адам. — Я поддался искушению и наслаждался моментом, при этом мы далеко не достигли цели. Я отчетливо ощущаю, что скоро произойдут изменения.
— Знаю, — сказала я, повернув в Каменный переулок. Не нужно было быть ясновидящей, чтобы понять, что в данный момент все было на грани краха.
— Увидимся позже, — ответил Адам, когда я подошла к двери дома.
В нашем доме пахло кофе и пирогом. Я поставила сумку и прошла на кухню. Там за столом сидели Лидия и Леандро вместе с бабушкой и Жизель.
— Наконец-то ты здесь, — промолвила бабушка. — Мы уже начали.
— Конечно, — отозвалась я и сделала себе кофе. — Я была у Парэльсуса. Немного задержалась у него.
Держа чашку кофе в руке, я заняла место за столом. Бабушка с любопытством посмотрела на меня, но ничего не сказала.
— Парэльсус? — Лидия с любопытством взглянула на меня. — Я видела его всего один раз на первом семестре, во время ознакомительной лекции в медиатеке.
— Думаю, я не преувеличу, если скажу, что он почти никогда не покидает медиатеку, и особенно свою лабораторию. Мне кажется, мадам Виллури регулярно приносит ему еду, иначе он бы уже умер с голоду во время своих экспериментов. Вы справляетесь с этой теснотой в Тенненбоде? Как проходят лекции? — я выжидающе посмотрела на брата и сестру.
— Справляемся, всё в порядке, — отмахнулся Леандро. — Я делю комнату с моим хорошим другом, да и вообще, то что аудитории переполнены, по сравнению с тем, как было в начале, это не так уж плохо. У профессоров трудности запомнить все имена, поэтому можно без проблем затеряться в толпе. Профессор Пфафф не сразу поймет, если я забуду выполнить упражнения.