Она назвала адрес. Повесив трубку, Антон Захарович взял свой чемоданчик и направился к двери. Его жена, выйдя из спальни, удивленно спросила:
— Что случилось?
— Что-то опять с Надеждой. Просит меня помочь. Иди ложись, я постараюсь вернуться побыстрее.
2
Надежда нетерпеливо прислушивалась к шуму за окном. Наконец она услышала, как рядом с домом затормозила машина. Она подошла к двери, прислушалась, потом, молча впустив Антона Захаровича, провела его в комнату, где на полу лицом вниз лежала женщина. На платье видны были кровавые полосы. Рядом лежала кожаная плетка с металлическим наконечником. Антон Захарович быстро взглянул на Надежду, стоявшую возле него с ледяным выражением лица. Ничего не спрашивая, он наклонился к женщине и потрогал пульс. Она была жива. Врач стал переворачивать ее на спину, и тут парик неожиданно сполз, обнажив полысевшую голову, косметика размазалась по лицу. Антон Захарович с удивлением понял, что перед ним не женщина, а мужчина. За долгие годы его врачебной практики ему уже не раз приходилось сталкиваться с подобными людьми, но какое отношение ко всему этому имела Надежда? Послушав сердце, врач достал шприц, чтобы сделать укол.
— Он еще жив? — робко спросила Надежда.
— Да, жив. Думаю, это сердце.
— Только сделайте, пожалуйста, так, чтобы никто об этом не узнал. Это начальник уголовного розыска, — объяснила она.
— Надя, кто его так избил? — спросил Антон Захарович и посмотрел ей прямо в глаза.
— Я, — ответила та.
Врач глядел на молодую женщину, стоящую перед ним, и не мог представить ее с плеткой в руке. «Как это объяснить?» — спрашивал он себя.
— Принеси воды и полотенце, чтобы смыть ему косметику и кровь, — велел он.
Она принесла воду, поставила возле лежащего Потапова. Тот уже начинал приходить в сознание. Очнувшись, он испуганно уставился на Антона Захаровича.
— Я врач, Надин знакомый. Сейчас мы вас отвезем в больницу, — сказал ему Антон Захарович. Потапов отрицательно замотал головой, боясь присутствия незнакомого человека. Врач понял его страх.
— Меня не интересует, кто вы и чем занимаетесь, но сейчас Вам нужно в больницу, — настаивал он.
— Нет, лучше домой, — прошептал Потапов, пытаясь приподняться. Антон Захарович помог ему сесть на стул.
— Где его одежда? Давай поможем ему переодеться, — сказал он Надежде. Та мигом принесла вещи следователя.
Переодев его в мужскую одежду и смыв косметику, они вывели больного под руки из дома и усадили в машину. Пришлось везти его на другой конец города по ночным улицам. Ехали молча, каждый думал о своем. Антон Захарович обдумывал, можно ли помочь Надежде и насколько она больна. Что-то скрывалось за всем этим. «Мужчина — мазохист, это очевидно, — думал врач. — А Надежда? Поверить не могу. Надо будет выяснить у нее».
Они высадили Потапова, Антон Захарович помог ему добраться до квартиры и вернулся к своей машине, где, забившись в угол, сидела Надя.
— Поедем ко мне. Моя жена поможет тебе, — сказал он.
— Спасибо Вам, Антон Захарович, Вы и так уже очень много для меня сделали. Высадите меня где-нибудь, где я смогу взять такси, — сказала она.
— Будет, как я сказал. Или я отвезу тебя саму в больницу, — сурово ответил врач.
— Меня в больницу? Почему? — удивилась Надя.
— Потому что нормальные, здоровые женщины так не поступают. Теперь поняла, почему?
Она ничего не ответила, только сжалась в комок, словно пытаясь спрятаться от кого-то.
Войдя в квартиру, они услышали из спальни голос: «Антон, ну что там произошло с Надеждой?» Мария Александровна еще не видела, что он пришел не один.
— С ней ничего. Она здесь.
Набросив халат, жена Антона Захаровича вышла из спальни. Она подошла к Надежде и, взяв ее за руки, сказала:
— Ну вот и прекрасно. Сейчас я поставлю чай, а то ты вся дрожишь, замерзла, бедная.
Надю на самом деле трясло, но не от холода, а от того, что сказал ей в машине Антон Захарович.
— Маша, — обратился тот к жене, — пусть Надежда сама все тебе расскажет. Думаю, это по твоей части. А я пойду лягу, завтра у меня тяжелый день.
— Конечно, иди, ты очень устал. Спокойной ночи.
— Надя, ты все расскажи, как было и с чего это началось. Спокойной ночи, — и он ушел, оставив двух женщин.
Антон Захарович знал, что его жена сумеет найти ключ к этой девушке, ведь она была опытным психиатром.
Утром он нашел женщин, сидящими в гостиной. Видно было, что они не спали всю ночь. Его жена с покрасневшими от слез глазами, по-матерински обняв Надежду, гладила ее по голове. Надежда продолжала всхлипывать. Увидев мужа, Мария Александровна сказала: