— У нас нет оружия. Даже разрядников.
— Ждите. Это я возьму на себя.
Глава седьмая. Кровь и мрамор
Авиграв быстро домчал их к кораблю.
Космолет сверкал в лучах клонившегося к заходу Светила, ветер гнал по равнине пыльные вихри.
Оставив Глипа в авиграве с пилотом, Уас Ло поднялся по трапу, вошел в открывшийся люк. За люком шлюзовой камеры его встречал помощник капитана — Дождь Громкий.
— Дож, мне нужна связь с «Упрямым». Шифрованная чистота.
— Я прикажу.
Они прошли к лифтовой площадке, доехали на лифте до пятого яруса и, выйдя у инженерного отсека, направились в рубку связи.
Уас молчал.
Освещение в коридоре было выключено — Светило ярко лило свой свет через большие иллюминаторы в обоих концах коридора, глянцевые поверхности стен блестели и отражали тела идущих.
В небольшом помещении радио — рубки находился лишь офицер связи — молодой флорианин, в зеленом мундире дипломатического флота.
— Харо, обеспечьте секретную связь с крейсером «Упрямый».
— Слушаюсь. — Флорианин произвел на пульте связи несколько манипуляций, вспыхнул большой экран на стене, на нем светилась надпись на зарянском языке — «закрытая чистота, шифрованно».
— Все готово. — Связист — флорианин поднялся из кресла, уступая место Уасу Ло.
Дождавшись, когда они оба выйдут из отсека, а люк плотно закроется за их спинами, Уас нажал на зеленую клавишу «прием — передача», экран осветился, на нем появилось лицо связиста «Упрямого», и сказал:
— Говорит представитель ССМ Уас Ло. Позовите капитана Симугла Уна.
— Слушаюсь.
Уас ждал три минуты.
Потом на экране возникло лицо пятидесяти восьмилетнего зарянина — капитана крейсера «Упрямый».
— Здравствуйте Симугл.
— Добрый день, Уас Ло. Давно не виделись, — и он сдержанно улыбнулся.
— Да. И повод для встречи у меня не радостный. Обеспечьте нашему разговору полную секретность, капитан. Никто не должен услышать то, о чем пойдет речь.
Тот отдал распоряжения, смотрел куда — то в сторону, потом повернулся к экрану, сказал серьезно глядя на Уаса:
— Нас никто не слышит. Что у вас случилось?
— Положение критическое, Сим. Мы на грани гибели Содружества. И мне нужна ваша помощь. Мои полномочия вам известны.
— Да. Чем могу помочь?
— Во — первых. Изолируйте всех флориан экипажа. Я понимаю, это звучит дико, но сделать это крайне необходимо. До дальнейшего решения, никто из них не должен свободно перемещаться по крейсеру. Никаких исключений!
— Мой помощник…
— Сим, я сказал — никаких. Не знаю, как вы это сделаете, но это необходимая сейчас мера. Вы — зарянин, вас послушают.
Уас умолк, ожидая ответ.
— Хорошо, Уас. Что еще?
— Какое оружие для пехоты у вас имеется на борту?
— Импульсные винтовки и автоматические карабины. Также…
— Этого достаточно. Надеюсь, они у вас еще не заржавели?
— В моем хозяйстве всегда полный порядок, Уас. Если оружие ни разу не стреляло, это не значит, что оно превратилось в хлам.
— Мне необходимо, чтобы вы как можно скорее выслали грузовым челноком две тысячи стволов. Плюс к ним, пару сейсмических бомб. Больше не потребуется.
— Уас, вы собрались на войну?
— Я собрался спасти Содружество.
— Не слишком ли… э — э- э… жестко?
— У нас нет времени, Сим. Вы хотите заново учиться держать ложку и ходить в унитаз?
Капитан крейсера молча смотрел на Уаса Ло.
Молчал он целую минуту.
Уас тоже.
— Все настолько плохо? — Спросил Симугл.
— Это еще хорошо, если останется кому обучать нас. В чем я сильно сомневаюсь.
— Мне нужно время.
— Да.
— Я выйду на связь, когда все закончу.
— Буду ждать.
Голос представителя Совета еще гремел в звуковых пластинах десантного авиграва, когда открылся квадратный люк. Красная панель над выходом погасла, и вместо нее зажглась зеленая.
— Пусть ничто не смущает вас! — Звучал голос представителя ССК: — Это не флориане. Это искры разгорающегося пожара! Гасите пламя, иначе оно сожрет всех нас!…
— Этого не должно быть, — сказал Ээн в волосатое ухо Ггора: — Что — то не так. Мы не за этим сюда…
Ггор резко повернул к нему свое широкое лицо, прошипел:
— Заткнись, Ээн. Заткнись!
Гвардейцы уже сыпались по широким сходням вниз, мелькали их потные гимнастерки, матово светились желтые каски.
— Быстрей, быстрей!…- голос сержанта Ттама, надрывался до хрипоты: — Давите этих Мо, ребята!