Конечно, сделать даже пару тысяч реле за полтора года можно и в мелкой мастерской — но ведь лифты-то нужны (будут) не в единственном здании России — а денег на такой завод много не нужно, так что заводик заработал еще в ноябре. Однако завод — это уже не мастерская, разных реле там выпускалось уже по несколько сотен в день — а раз есть реле, то можно делать самые различные релейные автоматы. Например, релейные суммирующие машины — которые, скажем, считывают данные с перфоленты…
Сама по себе идея мне понравилась. Ведь, если не вникать в "элементную базу", именно счетные машины я в институте и изучал. То есть собирался изучать, но какие-то основы успел захватить. Маловато для того, чтобы спроектировать электронный компьютер, но вполне достаточно, чтобы самому "придумать" релейный сумматор… или вычитатор. В результате у меня получился охренительных размеров аппарат, который действительно умел складывать и вычитать числа, набитые на перфоленте, причем на этой же ленте пробивалась и дырка, указывающая операцию…
Осталось только перфоленты откуда-то получать для того, чтобы мой "арифмометр" не простаивал. Для чего группа из десятка инженеров дружно разломали несколько германских кассовых аппаратов — чтобы сообщить мне, что "в России ничего подобного сделать не выйдет, поскольку у нас руки кривые". В ответ им была прочитана лекция с кратким перечислением того, что в России кривыми русскими руками и тупыми русскими мозгами сделано такого, что "на просвещенном Западе" до сих пор повторить не могут — и в середине марта на свет появилось новое чудо техники. Безо всякой иронии чудо: полностью механический клавишный суммирующий кассовый аппарат. Аппарат печатал цену каждой покупки, затем — сумму всего чека, и эту же сумму он пробивал на перфоленте. Причем сумма могла быть и отрицательной — что нужно, например, при возврате товара покупателем. Правда рядом с этим агрегатом даже арифмометр Однера и "Ундервуд" показались бы примитивными детскими игрушками — но он позволял именно "автоматически" контролировать продажи в магазинах.
Евгений Иванович Чаев обозвал меня разнообразно, поскольку его институту предстояло теперь изготовить несколько сотен единиц в полном смысле этого слова уникальной оснастки — зато к концу года ожидался пуск завода, который будет производить тысяч по двадцать таких аппаратов в год. Очень нужных аппаратов — но дело было даже не в них. Окрыленные успехом проекта, инженеры приступили к разработке новых счетных машин — и как раз тут я рассказал Степану про принципиально новый для этого времени тип реле, именуемом герконом… Но это случилось уже к концу тысяча девятьсот седьмого, года, который стал вероятно худшим из проведенных мною в этой реинкарнации. А начались гадости уже в феврале…
Глава 18
Александр Александрович Офросимов немного нервничал. И причины тому были достаточно серьезные: шутка ли — забастовка в городе! Причем забастовщиков было под две тысячи человек, и настроения у них были, прямо скажем, не радужные. Правда калужский губернатор прекрасно знал, что в других местах случались забастовки и побольше, но за время его службы здесь забастовок не было. Ни одной не было, а ведь он трудился на ниве управления этой губернией уже пятнадцать лет.
Хорошо еще, что в очередной раз удалось губернатору уговорить рабочих — на этот раз бастующих рабочих — никаких иных противоправных дел не творить, а дождаться переговоров с хозяином строящегося завода. Забастовочный комитет согласился… вот только хозяину-то этому еще и тридцати не стукнуло!
Встретил его губернатор на станции, лично встретил — и был весьма удивлен, когда из прибывшего литерного поезда вышел только этот молодой человек. Поначалу принял он юношу за кого-то из помощников промышленника — уж больно несерьезно тот выглядел, а у хозяина нового завода, как господину Офросимову было известно, заводов, причем весьма крупных, было чуть ли не две дюжины. Но юноша, похоже, в лицо Александра Александровича знал и, подойдя к нему, представился:
— Добрый день, Александр Александрович, я как раз и есть Александр Волков, которого вы на переговоры пригласили. Вы еще кого-то ожидаете?
Губернатору показалось, что молодой человек к забастовке относится как-то очень уж несерьезно… хотя может у него подобные конфузии часто случаются и для него это обычная рутина? Но в ответ на прямой вопрос господин Волков сообщил, что такое у него впервые, однако волноваться особо не стоит.