После отъезда Гёнхо обратно в Корею мне пришлось уже задуматься над удовлетворением спроса на холодильники — а по результатам размышлений, уже в октябре, задуматься еще раз. Самому ничего полезного в голову не пришло, что вынудило меня прибегнуть к "помощи зала" — в роли которого выступил Станислав Густавович.
— Вот вы у меня занимаетесь составлением экономических планов, и должны быть в курсе того, что сделано, что будет делаться, и уж, безусловно, в курсе того, сколько это стоит и будет стоить, и почему стоимость получается именно такая.
— У вас есть замечания по моей работе? Планируемые расходы в любом случае приблизительны, а поправки все же носят более статистический характер, поэтому идеальной точности быть не может…
— Это я прекрасно понимаю и должен сказать, что ваши расчеты гораздо более точны, чем любые иные нынешние сметы. Я просто хотел — для себя исключительно — разобраться вот с каким вопросом. На примере холодильников: у меня стоимость производства холодильника составляет, грубо, сто рублей. А если точно такой же холодильник на точно таком же заводе изготавливать в Америке, то почему-то он обойдется уже почти в триста. Вот я и хочу понять, почему…
— Александр Владимирович, да тут и разбираться особо не в чем. Американский рабочий получает почти вчетверо больше нашего. Это если в деньгах считать — а меньше ему платить не получится просто потому, что и товар там, в Америке, втрое дороже, нежели в России. Продукты, одежда, жилье — все дороже. А любой промышленный продукт по сути состоит практически из одной лишь заработной платы рабочим.
— А сырье, материалы?
— А давайте посмотрим на этот холодильник с этой точки зрения. Меди в нем американской на семь, ну на восемь рублей. Железа — хорошо если рублей на пять, причем железо-то у нас свое, то есть его можно счесть опять-таки трудом наших же рабочих. Что мы покупаем? Эмаль для камеры? Еще рубль положим — и выходит, что сырья и материалов тут рублей на пятнадцать. Остальное же — целиком труд рабочих, а рабочий в одинаковых условиях и продукции произведет одинаково. Вот и выходит, что рабочие завода в Саратове продукции сделают на восемьдесят пять рублей, а американцы на двести пятьдесят пять. Но продукция-то будет совершенно та же самая…
— То есть у нас все что угодно производить выгоднее, чем в Америке? Почему же американцы в Россию заводы свои не переносят?
— А вот это неверно. Продукцию нужно еще перевезти, а для многих вещей ещё и пошлины заплатить различные. Но главная ваша ошибка в таком рассуждении в том заключается, что вы пропустили мимо ушей слова "в одинаковых условиях". В России и строительство дороже, и — что важнее — рабочих должной квалификации не хватает. Так что выгоднее производить то, на что рабочих с должными умениями в изобилии, а цена на рынке достаточно велика для покрытия издержек на перевозки и таможню. Причем следует еще учитывать, что государство в целом заботится о своих предпринимателях, и таможенными тарифами может сделать выпуск любой продукции за рубежом совершенно невыгодным делом. Просто вам повезло с тем, что подобной продукции в той же Америке просто никто не делает и таможенные тарифы для вас благоприятны…
— Я понимаю, это мне просто повезло с тарифами — усмехнулся я. — Но тогда у меня возникает другой вопрос: почему тогда в той же Америке цены на все втрое выше? И имея зарплаты вчетверо против наших рабочие фактически имеют то же самое, что и здесь?
На лице Станислава появилась ехидная улыбка:
— Коротко это объяснить не получится. А долго — так вы меня обратно жандармам сдадите…
— Зачем? На мясо разве что — так вы довольно худосочны, навару с вас маловато получится. Да и жандармы в любом случае предпочтут курочку там, или свинины кусок. Так что давайте, объясняйте.
— Тут дело в том, что сперва нужно понять, что вообще представляют из себя деньги. Я бы порекомендовал вам ознакомится с трудами известных экономистов… но лучше всего — с трудами господина Маркса. И не Альфреда Федоровича, а…
— Ну это я знаю. "Особый товар", "мировые деньги", немировые деньги — вы уж меня извините, Станислав Густавович, но все это ересь и чепуха. Я вижу так: золото — это да, товар, серебро, медь… железо, соль, зерно — это все товары. А деньги — это никакой не товар. От слова "вообще".