* Гиперпространство. Энакин Скайуокер *
Было... холодно. После Татуина, находящегося в настоящем звёздном пекле двух звёзд Тату-1 и Тату-2, планеты бесконечных песков и скал, где даже ночью не более чем прохладно, на яхте было очень холодно. Видимо, я уже успел привыкнуть к Татуину.
Нубиан представлял собой яхту-салон – одна большая зала для королевы и несколько кают для прислуги. Внутри всё было так-же, как и снаружи – торжество хайтека. Не сильно отличалось от того, что я видел в фильме, разве что яхта была небольшой, пара отсеков – грузовой и технический для дроидов, коридор между ними и остальными отсеками и собственно, сами апартаменты королевы. Вот, в общем, и всё, ещё разве что был мостик, похожий то ли на мостик «Нормандии» из небезызвестной игры, то ли на сильно расширенную кабину пассажирского самолёта. Там я побывал вместе с Квай-Гоном, который познакомил меня с экипажем – начальником охраны – негром по имени Панака, который, по-доброму оглядев меня, пожал руку. так-же я познакомился с пилотом – немолодым мужчиной с кудрявой шевелюрой. И, в завершение экскурсии, меня представили четырём служанкам королевы в оранжево-жёлтых одеждах, напомнивших мне своим цветом небо во время заката. Служанки были, кстати, похожи на Падме, поэтому узнать их по лицам не было возможности. Они похихикивали в сторонке, бросая на меня короткие взгляды. Конечно же, не те, к которым я привык на земле, но и не те, что бросают на рабов обитатели Татуина, так что я не без стеснения помахал им рукой, вызвав новую волну хи-хи. Глядя на это представление, капитан Панака только ухмыльнулся и вывел меня с мостика. Служанки, посланные, по всей видимости, «королевой», тоже покинули пост управления и отправились в главные покои яхты.
После того как я устроил дроидов, сел в позу «лотоса» там же, в техническом отсеке рядом с железными друзьями и принялся медитировать. Заглянул внутрь себя, в силу. Ничего странного или опасного – сила во мне была спокойна как вода в высокогорном озере, в этом состоянии она была максимально податлива к влиянию, но стоит открыть глаза, по этой глади пойдёт рябь, что, в общем-то, и происходит в обычном состоянии. Когда я оглядел с помощью силы сначала себя, а потом ближайшего дроида, немного подправив в нём дефекты, в голову забралась мысль поработать с мечом, благо он у меня был с собой – заготовку я носил за пазухой. Достав, я положил её себе на колени и снова, как и сотни, тысячи раз до этого, погрузился взором внутрь. Внутри были детали, настолько точно вылизанные, что смотреть на них – одно удовольствие. Они выглядели, словно двигатель автомобиля после переборки хорошим механиком. Другое дело – Квай-Гон сказал, что опыта мне не хватает. Оно и понятно – без учителя странно, что я вообще смог создать меч, пусть и почти за половину татуинского года.
К слову, о времени – на Татуине год длился триста два дня, а в сутках было двадцать три часа. То есть самое верное сравнение – двенадцать лет на Татуине это десять лет на корусанте, чьи параметры считаются стандартными. То есть, я немного ошибался со временем, а если учесть разницу между стандартным корусантским временем и временем на земле, то разница снова получится не в пользу земли, так что мне сейчас не десять лет, а восемь с хвостиком, если судить по количеству прожитого времени в земном летоисчислении. Правда, ребёнок из меня ну просто никакой – мало того что с каким-то куском сознания взрослого, так ещё и прошедший тяжёлую школу жизни в качестве раба на самой грязной и преступной планете во всей галактике.
(Возможно, сила решила что «стандартный» сценарий не лучший и отдала его Лукасу, а меня соответственно сюда... например, так. А Лукасу, что бы я, как попаданец, представлял, что к чему идёт и что к чему ведёт. Ведь никто до сих пор не может объяснить, почему обычная экранизированная космоопера стала на земле чуть ли не культом. По крайней мере, такая теория у меня стала основной).
Дитё из меня не получалось никак. Если только специально надо прикинуться, а так – оба сознания были довольно развиты, и кто более развит – ещё вопрос открытый. Энакин жил отнюдь не маменькиным сынком и был пареньком хитрым, хватким. Второе сознание, впрочем, тоже не отличалось склонностью к дурным мыслям, и было не лишено веры в добро и справедливость, даже если ради справедливости надо нести свет добра световым мечом.
Меч был разобран и я начал работу с проводами – металл внутри надо было вычистить на молекулярном уровне, что бы потери энергии от сопротивления проводника были минимальными. Вообще-то, уже всё было сделано, так что мне осталось только немного пробежаться на предмет дефектов внутри проводника.