– Но… тебя же нигде не было! Мастер Квай-Гон даже имел проблемы с советом из-за твоей «смерти».
– Я в курсе. Мне очень жаль, но я ушёл от вас не по собственной воле. Меня спас один мой друг, после чего мы, я и Эрдва, пережили немало приключений.
– Я не отказался бы послушать, вечерком за чашечкой чая… – кивнул Бен, – но меня больше интересует, что делает моя ученица у тебя?
– Асока? Она обучалась. А что же до обстоятельств нашей встречи… умеете вы, Оби-Ван, терять юных учеников. Сначала меня в трупы записали, потом Асоку потеряли.
Сатин между тем переводила взгляд с Шиая на Тано, и обратно. Потом посмотрела на Скайуокера. Зная его, понимала, что он явно не в своей привычной манере общается.
– Ладно, сделанного не воротишь, – Энакин тяжко вздохнул, – что у вас здесь случилось? Я имею в виду причину, по которой джедай вдруг уединяется с Сатин в саду…
Сатин немного смутилась, а вот Бен далеко не немного.
– Энакин, – недовольно пробурчал джедай, – между прочим, у меня не меньше вопросов. Почему ты влетел во дворец так… почему тебя знает охрана, почему ты вообще прилетел сюда?
– Хорошие вопросы, – кивнул Скайуокер, – сестра, может, ты объяснишь ему? – я повернулся к Сатин. Бен закашлялся на слове «сестра».
– Конечно, Эни. Но чуть попозже. Может, всё таки ответишь хотя бы на один вопрос, где была Асока? Мы места себе не находили…
Скайуокер бросил взгляд на тогруту и замолчал. Дальше был сольный выход Асоки Скайуокер.
Прокашлявшись, девочка объяснила:
– Ну… очнулась я на борту яхты Скайуокера. А дальше – мастер Скайуокер обучал меня.
– Кстати об этом, – влез Энакин, – у девочки феноменальный потенциал. Грех было бы оставить такой талант неразвитым, поэтому я позволил себе немного позаниматься с Асокой.
– Понятно, – Сатин вперила в Энакина тяжёлый взгляд, – Эни, пойдём-ка выйдем?
Скайуокер поднялся, оставляя Шиая, Асоку и Бена втроём. Дальше финальную точку должны поставить были они. Как только дверь за Герцогиней закрылась, Бен набросился с вопросами:
– Асока, где ты была?
– Только на корабле Мастера Скайуокера! – честно ответила девочка, – я даже никуда не выходила. Честно!
– Верю, – Бен откинулся на диване, положив руки на спинку, – я так и знал, что моя первая миссия не пройдёт гладко. Чем вы там занимались?
– Мастер Скайуокер учил меня, – уверенно сказала девочка, – правда, не всё я поняла, но он хороший учитель.
–А что это за юноша вместе с тобой? – Бен посмотрел на мальчика. Шиай окинул Бена столь же любопытным изучающим взглядом.
– Эм… учитель, нам нужно серьёзно поговорить… – Асока нахмурилась. Бен тоже.
– Да?
Бен был готов к худшему, однако, не к тому, что последовало дальше.
– Учитель, я решила покинуть орден. Я отучилась обязательные четыре года и… ну… я люблю Шиая.
– Шиай это я, – на всякий случай сообщил мальчик. Асока кивнула. Кеноби устало закрыл глаза. В последнюю очередь ему хотелось бы этого.
Проведя несколько томительных минут в молчании, он спросил лишь:
– Почему?
Чувствуя поддержку любимого человека, бывшая Тано вздохнула и начала объяснять:
– Понимаете… я поняла, что в жизни есть вещи более важные, чем вся эта чехарда. Действительно, посмотрите, неужели мы так важны для ордена, и галактики, что бы играть в ней важную роль? Иногда мне кажется, что если джедаи вдруг исчезнут, никто даже этого не заметит. Стоит ли служба в ордене того, что бы приносить ей в жертву свою собственную жизнь? Даже судьбу, не жизнь? Знаете, я вдруг поняла… – Асока задумалась, – в галактике каждый знает, как помочь другим, но никто не знает, как помочь себе самому. И джедаи тоже – в большинстве своём находятся в плену своих суеверий. Никто даже не даст мне точного ответа, что такое Сила, что уж говорить про остальные правила ордена? Кто даст гарантию, что эти правила правильные, а не ошибочные? Я поняла, что джедай должен следовать своему сердцу, разуму и своей воле, а не подчиняться другим суевериям. Я считаю, что орден ошибается, считая, что мы должны отказаться от своей природы ради… непонятного недостижимого идеала. Когда-то этих условий не было, орден жил и здравствовал десятки тысяч лет, а теперь появились и нас хотят убедить в том, что надо было жить именно так. Где логика? – вопросила Асока.
– Понятно… – Кеноби загрузился.
– Где логика? Я в конце концов должна отказаться от своей природы, своих чувств и своей воли и выбора разума ради чего? Разве не в этом состоит Сила – чувства, воля, разум… это мои чувства, мой выбор и моя воля.
– Хорошо, – Бен совсем сник, – но всё таки… ты уверена?