Фэй слушала, затаив дыхание.
– Получается… судьба не предрешена? – спросила она с надеждой.
– Получается так. Есть лишь вероятности того, что случиться, если мы сделаем тот или иной выбор. Если я брошу хрустальный бокал в стену, вероятность того, что он разобьётся увеличиться до ста процентов, если не брошу – останется равной десяти-двадцати процентам. И от того, как поведут себя люди, использующие его, зависит то, сбудется ли эта вероятность или нет. Такова Сила. Она объединяет прошлое с настоящим, но не будущее, хотя существует и в нём. Будущее не определено, это чистый лист, на котором по мере написания появляется история. Но ты не договорила. Я много чего не узнал про тебя.
– Хорошо, извини. Я уже много лет странствовала по галактике, и сила завела меня в Империю. Я поступила в Гвардию, что бы поближе узнать про человека, который концентрирует в своих руках столько… возможностей для влияния.
– Ты про меня узнала то, что не знают даже самые близкие мне люди, – я хмыкнул, – то, что я – Архитектор. Эта тайна должна быть сохранена. Я – опасность и благо для Джедаев.
– Почему? – искренне удивилась Фэй.
– Сама подумай. Если то, что я скажу о Силе, противоречит воззрениям и убеждениям ордена, это будет воспринято советом с радостью? Ведь моё слово значит много больше, чем слова смертных. Много больше, чем слова самого совета мастеров, управляющего орденом, ибо я и есть в какой-то мере проводник воли силы в материальном мире.
– Ты прав, – она погрустнела, – но ты говорил, что мастер-джедай?
– Они не знают, Кто я на самом деле.
– Кстати. Я знаю всех мастеров-джедаев за последние три столетия. И тебя среди них точно нет.
– Я вступил в орден давно, – хмыкнул я, – задолго до того, как закончились войны с ситхами. Тот орден я уважал, Тому ордену я дал клятвы. Не тому, во что орден выродился. Если тебе больше трёхсот, – я хмыкнул, – то ты должна видеть, как меняется Орден.
– Признаться… я в нём редко бываю… очень редко. В исключительных случаях. Уже больше века не была.
– Ну, про орден то ты слышала и с джедаями общалась, – парировал я, – я вот в храме не был почти три тысячи лет, но всё равно встречался с джедаями, даже дружбу заводил…
– Тебе три тысячи лет? – она подскочила, но я снова усадил её тычком силы:
– Нет. Для таких, как мы время – относительно. Мне… – я задумался, – в общем, я молод по человеческим меркам, но сразу так и не скажу, сколько мне лет. Физически мы стареем только по собственному желанию. Мне больше двадцати но меньше пятидесяти. Скорее около тридцати, но опять же, много лет я провёл… там, где время течёт по иному, и в изоляции от общества, поэтому ни физически, ни психологически не старел. Считай, что мне двадцать пять лет.
– Извини, просто это несколько неожиданно, – она улыбнулась, – знаешь, я думала, что я такая одна… что сила что-то сделала со мной.
– Второе определённо верно. Сила создала тебя такой, какая ты есть. А кто ты, мы узнаем скоро.
– Как? – девушка действительно заинтересовалась.
– Я недавно упомянул древних, древнейших архитекторов, помнишь?
– У которых ты учился.
– Именно. Мы полетим к ним. По меркам бессмертных я – младенец, едва успевший появиться на свет. Мне нет ещё и тысячи лет, поэтому мы, детишки, посоветуемся со старшими и мудрыми, настоящими Архитекторами.
– Я… – она обрадовалась и чуть было не расплакалась. Вообще, всё, что касался пояснения её природы, вызывало у неё море эмоций.
– Не благодари. Я буду рад, если ты поймёшь наконец кто ты и что ты есть. Да и самому очень интересно.
– Всё равно, спасибо, – она улыбнулась, – не представляешь, сколько для меня это значит.
– Хорошо. Кстати, о приёме у королевы… нам пора идти.
– Извините, но я уже сказала, что не могу… просто…
– Не парься, – улыбнулся я, – я чувствую тебя насквозь. Похоже, ты и правда любишь Лейтенанта Хэнию. А теперь… – я улыбнулся, – главный номер! Хэния – это одно из моих имён.
– Что? – она удивилась, – что вы сказали?
– Хэния Криз это я. Это моё имя. Извини, но я просто хотел развеяться, поэтому назначил сам себя в гвардию, став рядовым пилотом… знаешь, мне даже забавна эта ситуация…