Прыжковая дверь исчезла.
- Поддержание зейе затруднено, - сказал калебан. - Вы понимаете, что такое "затруднено"? Потребление энергии очень интенсивно.
- Понимаю, - сказал Мак-Кей. Он вытер лоб рукавом и сказал Тулуку:
- Его жизнь висит на волоске.
Тулук выставил длинные челюсти и возбужденно покачал ими.
- Я не должен доставлять снимки в лабораторию, пока он не умрет?
- Звезда, - пробормотал Мак-Кей. - Представьте это. И все, что мы здесь видим, это... это ничто.
- Тут ничего нельзя поделать, - сказал калебан. - Моя личность сделает нечто, и я перестану существовать. В присутствии этого "я" и вы исчезнете, Мак-Кей.
- Вы поняли, Тулук? - спросил Мак-Кей.
- Конечно, он, кажется, сказал, что перестанет быть для вас видимым, потому что это нас может убить.
- Я так и понял, - сказал Мак-Кей.
- Возвращайтесь назад, в Централь. Я хочу, чтобы мы быстрее начали поиски.
- Вы без цели расходуете вещество, - сказал калебан.
- Что же теперь? - спросил Мак-Кей.
- Предстоит бичевание, и моя личность исчезнет.
Мак-Кея зазнобило. Он сглотнул.
- И как далеко вы удалитесь? - спросил он.
- Направление временных линий определить затруднительно. Ваше понятие: скоро.
- Прямо сейчас? - сдерживая дыхание, спросил Мак-Кей.
- Вы спрашиваете о непосредственной интенсивности? - спросил калебан.
- Вероятно, - беспомощно пробормотал Мак-Кей.
- Вероятность, - сказал калебан. - Энергетическое потребление личности увеличивает выравнивание. Бичевание не сейчас. "Сейчас" - верное понятие для непосредственного.
- Да, - ответил Мак-Кей.
- Скоро, но не сейчас, - пробормотал Тулук.
- Я думаю, он хочет объяснить, что может вынести еще одно бичевание, но оно будет для него последним, - сказал Мак-Кей. - Укладывайтесь и пойдем.
- Фанни Мей, вы сделаете для нас прыжковую дверь?
- Зейе существует, Мак-Кей. У моего "я" есть склонность к вам.
"Еще одно бичевание, - смятенно подумал Мак-Кей, помогая Тулуку упаковывать оборудование. - Но почему это бичевание будет смертельным для калебана? Почему именно бичевание, хотя других форм энергии оно не касается?"
В неизвестное, но не очень отдаленное время калебана снова исхлещут бичом, и он умрет. В этом намерении была полубезумная возможность воплощения апокалипсиса; тогда цивилизации Вселенной прекратят существование.
Мак-Кей подавленно стоял в лаборатории Тулука, окруженный охранниками и совершенно безвольный.
Пульт компьютера мерцал световыми сигналами. Гудящие и стрекочущие звуки доносились из его нутра.
"Если он идентифицирует звезду калебана, что делать с этими новыми знаниями? - спросил себя Мак-Кей. - Чео выиграл. Мы не смогли остановить его".
- Возможно ли, - спросил Тулук, - что калебаны сотворили эту Вселенную? Может быть, это их произведение?
Мак-Кей нетерпеливо пожал плечами.
- Почему этот проклятый компьютер возится так долго? - спросил он.
- Проблема определения пульсаций спектральных линий очень сложна, Мак-Кей. Для их сравнения необходимо особое программирование. Но вы не ответили на мой вопрос.
- У меня нет ответа. Я надеюсь, что эти слабоумные, которых мы оставили в шаре калебана, знают, что делать в случае необходимости.
- Они будут делать то, что вы им поручили, - укоризненно сказал Тулук. - Вы странный партнер для проведения свободного времени, Мак-Кей. Мне сказали, что вы были женаты больше тридцати раз. Это же нарушение приличий, не так ли?
- Я не нашел женщины, которая могла бы выдержать присутствие полномочного представителя Саботажников, - проворчал Мак-Кей. - Таких людей, как я, нелегко любить.
- Но калебан любит вас.
- Он не знает, что мы понимаем под этим! - сказал Мак-Кей сердито. Может быть, он испытывает симпатию потому, что я на протяжении нескольких часов упражнялся с ним во взаимопонимании, - он покачал головой. - Я должен был оставаться в шаре калебана.
- Наши люди в случае нападения загородят калебана своим телом, возразил Тулук. - Но вы же не скажете, что это одна из форм любви?
- Это инстинкт самосохранения, - пробурчал Мак-Кей.
- Мы, врайверы, верим, что все формы любви - это инстинкт самосохранения. Может быть калебан так понимает это слово?
- Ха!
- В самом деле, Мак-Кей, у вас инстинкт самосохранения выражен довольно слабо, поэтому вы никогда не любили по-настоящему.
- Не хотите ли вы, наконец, прекратить отвлекать меня своей бессмысленной болтовней.
- Терпение, Мак-Кей. Терпение.
- Терпение! - Мак-Кей опять сорвался с места и начал мерить лабораторию широкими быстрыми шагами. Снова подойдя к Тулуку, он сказал:
- Чем питаются звезды?
- Звезды? Звезды не питаются.
- Калебан здесь что-то содержит. Это его питание, - пробурчал Мак-Кей. Внезапно он кивнул. - Я знаю, что это. Водород.
- Каким же образом он питается?
- Водород, - повторил Мак-Кей. - Если мы откроем одну из прыжковых дверей до нужной величины... Где Бильдун?
- Он с представителями правительства заседает по вопросу карантина для косметологов. Возможно также, что стало известно о нашем соглашении с тапризиотами. Правительство не любит таких вещей, Мак-Кей. Бильдун пытается спасти наши головы и свою собственную тоже.
- Но, кажется, водорода хватает, - сказал Мак-Кей.
- Что за болтовня о прыжковых дверях и о водороде? - спросил Тулук. Вы приняли пилюли, Мак-Кей?
- Принял.
Зазвенел звонок компьютера, и из выходного устройства вылетела исписанная бумажная ленточка. Мак-Кей и Тулук нагнулись над ней.
- Тион, - сказал Тулук. - Звезда в Плеядах.
- Идентификация точна? - спросил Мак-Кей.
- Все верно.
- К Бильдуну! - крикнул Мак-Кей. - Мы должны сообщить ему!
Он выбежал из лаборатории, преследуемый Тулуком и отрядом охранников, которые должны были не отходить от них ни на шаг.
- Мак-Кей, - задыхаясь, проговорил Тулук. - Куда вы так торопитесь?
- К Бильдуну. Потом снова к калебану.
"Ничто не сможет теперь удержать меня, - сказал себе Чео. - Млисс умрет через несколько секунд, задохнувшись от уменьшения давления воздуха в барокамере косметологов, куда я ее посажу. Все ее миры-убежища последуют за ней. Я сам буду контролировать прыжковую дверь. Нити власти теперь будут в моих руках".