- Чего закисли? Умер кто? – спросил я пацанов.
Ладно девчонки, они могли из солидарности с Ингой выразить молчанием недовольство. Кто-то невнятно хмыкнул в ответ.
Вернулся Забровин и, помахивая допотопным Самсунгом, бодро сообщил, что скоро подтянется Серёга Шевкунов. Пришёл мой черёд напрячься.
За все годы нашей дружбы это – самая серьёзная ссора, и я даже не представлял, как с ним себя вести, сидя за одним столом. Дуться, как девочка, – не дело. Общаться как ни в чём не бывало? Ну уж нет, обойдётся. Может, уйти? Тогда он сочтёт, что я сбежал. Тоже не годится. Я решил, что останусь и буду действовать по обстоятельствам.
8
Серёга звонил, вероятно, откуда-то поблизости, потому что не прошло и десяти минут, как он нарисовался. Расфуфыренный, смотреть смешно. Даже вихры, что вечно торчком, уложил и чем-то намазал. Капец!
Ну а дальше он поразил меня окончательно: поздоровался со всеми пацанами, кроме меня, как будто я вообще пустое место. А я… я, чёрт побери, протянул ему руку, как последний болван, но он как будто не заметил.
Я в упор уставился на него, без шуток, серьёзно, мысленно крича: «Серёга, ты чего?!».
Но он даже не взглянул. У меня кровь хлынула к лицу, щёки и уши вспыхнули, в горле встал ком. Такого унижения, да ещё на глазах у всех наших, я никогда не испытывал. В глазах противно защипало. Я быстро сморгнул – не хватало ещё слезу пустить.
Слава богу, удалось быстро взять себя в руки. Я прокашлялся, сделал пару глубоких вдохов. Отпустило. Но всё же лучше бы я ушёл! Или вообще не приходил! Однако такого позора я ему не прощу.
Краем глаза заметил, что Инга с Крыловой поглядывают в мою сторону с любопытством. Нет, даже со злорадством. Пошептались, снова прыснули. Решили, что буду сидеть теперь, поджав хвост, оплёванный и оскорблённый? Ну уж нет! Фиг вам!
- Что, Серёга, поздороваться с бывшим другом побрезговал? – спросил я с усмешкой, убирая руку в карман. – Конечно, ты у нас сегодня начепурился, вон аж волосы блестят. Куда мне до тебя! Что, свою часть спора приготовился выполнять?
- Какого спора? Что ты несёшь? – Серёга вдруг сразу же меня заметил и густо покраснел.
- Типа память отшибло?
- Заткнись, - прошипел Серёга. – Заглохни, я сказал.
- Да пошёл ты!
Тут и Марченко подала голос:
- Правильно, Серёжа. Достал он уже троллить всех.
И покосившись на меня, прошипела:
- Подонок...
Я вскипел:
- Ах, ну конечно. Вы тут все такие правильные… такие благородные. Один я – подонок и тролль. А что я подлого сделал-то, Марченко? Кого предал или подставил? И где кого я троллил? Я говорю то, что реально думаю. Ну разонравилась ты мне, всё, ничего не поделаешь, такое бывает. Блин, сердцу не прикажешь. Переключись уже на кого-нибудь другого! Вон на того же Шевкунова. Кстати, это из-за тебя у нас рамсы. Да, да. Что, Серый, загоношился? Хочешь скромным героем остаться? Рыцарем печального образа? Нет уж, правду так правду. Я, Марченко, поспорил с ним, что порву с тобой, а он – что сможет к тебе подкатить. Я-то свою часть спора, как ты помнишь, выполнил. Посмотрим, как справится он.
Серёга оцепенел. Я понял, что перегнул палку, но отступать уже было некуда.
- Вот ты сволочь! – вскочила Крылова.
- Кто там вякнул? Оба-на! Верная подруга! Ты уже рассказала, что это с тобой я ходил в кино?
У Инги буквально отвисла челюсть.
- Что?! Что ты несёшь?
Я ухмыльнулся. Она повернулась к Крыловой:
- Это правда?
Крылова потупила глазки и ничего не ответила.
- Не, серьёзно, скажи? Это правда?
Крылова молчала, красная, как её вчерашний жакет.
- Офигеть! Как ты могла? Ты ходила с ним в кино? Как? Когда?
Поскольку Крылова молчала, выступил снова я:
- Вчера вечером. И в кино, и в кафе. А ещё мы обнимались и даже разок поцеловались. Да, Крылова?
На ней лица не было, а Ингу так вообще стало не узнать.
- Ты… ты… - только и повторяла она.
Потом схватила сумку и выбежала из кафе.
- Инга, подожди! – взмолилась Крылова и умчалась следом.
Серёга с минуту смотрел на меня, стиснув челюсти. Затем покачал головой и тоже вышел на улицу.
- Я… это… тоже пойду, - вдруг поднялся Забровин.
- Даже пиво не допьёшь? – спросил я.
- Не, мне надо… дело есть.
Один за другим ушли все наши. Даже сердобольная Гороховская. Я остался один.
Ко мне подрулила официантка.
- Они насовсем или ещё вернутся? А то у нас со столами напряжёнка.
- Насовсем, - буркнул я и тоже вышел.
Настроение сделалось препоганое, но домой идти совершенно не хотелось. Решил прогуляться. Без конкретной цели, просто шёл куда глаза глядят.