Повсюду находились рабы. У каждого их них имелись свои обязанности. За ними присматривали другие пленники, которых ставили в качестве надзирателей. Мелькали голые тела, иногда пpикрытые кусками ткани. Но самых красивых рабынь держали отдельно.
По одному из коридоров плечистые парни пронесли носилки, на которых полулежала роскошно одетая женщина. Οхранник тут же сдал в сторону, потянув Бри за широкую колонну.
– Кто это? – удивленно спросила девушка.
– Императрица направляется в город.
«Неужто тяжело идти ногами?» – подумала Бри, но промолчала. Она часто видела подобные шествия в городе, где богатые матроны путешествовали именно таким образом, не желая пачкать ног в дорожной пыли.
Большой двор являлся местом для тренировки таггиров императора – бойцов, которые выставлялись напоказ публике. С неким восхищением Бри рассматривала мускулистые мужские тела, налитые бронзой, словно само солнце наделило их цветом. В руках мелькали боевые мечи, совершенные орудия для убийства.
Бри обратила внимание на их экипировку, стоящую немалых денег – набедренники из бронзы, наголенники – набивные, простеганные доспехи из ткани, защищающие части тел бойцов от случайных ранений. Наручи крепились ремешками и шнуровкой.
Один из мужчин остановился и скомандовал перерыв. Он сражался лучше других – это Бри заметила, даже не имея представления о боях таггиров на арене. Χотя девушка частенько видела, как дрались мальчишки, дети членов гильдии. Говорят, некоторые из них сами подавались в таггиры, чтобы полученные за себя же деньги отдать в уплату долгов семьи. Это было равносильно добровольному рабству,
В какой-то момент она увидела, как на нее смотрит тот самый таггир. Но охранник, который на минуту застыл позади нее, тоже наблюдая учебную схватку, толкнул ее в спину, и она не успела разглядеть лица мужчины.
– Чего застыла, пошевеливайся! Нас ждут.
Вскоре охранник ввел Бри в большой зал дворца, где их встретил главный имперский маг, Сэнктин. Он был облачен в длинную с золотой каймой тогу, скрывающую поджарое тело. Белая ткань зрительно делала лицо мага моложе. В этом мире возраст был относительным явлением, и годы Сэнктина можно было назвать почтенными.
Девушка подняла ясные серые глаза, глядя без страха, даже с каким-то безразличием.
– Проходи, - сказал маг, с холодной ухмылкой на тонких губах рассматривая девушку.
Он пропустил ее вперед, и Бри спиной ощутила алчный взгляд, от которого стало не по себе. Даже сердце забилось быстрее. Οна медленно вошла в просторное помещение тронного зала и остановилась, поняв, что перед ней находится правитель империи.
– На колени! – вдруг рявкнул один из охранников. – Разве тебя не учили, девка?!
Она только успела заметить полуобнаженных рабынь, прислуживающих императору Эолиума. Но тот жестом отправил их из зала, и девушки молча прыснули в стороны, скрываясь за тяжелыми зелеными портьерами.
Чья-то рука с силой ударила Бри по спине, пальцы мужчины скрутили волосы, прижимая голову девушки к холодному каменному полу. В тонкой рубахе она ощущала какой ледяной этот пол; тело дрожало, и зубы отбивали чечетку. Она не могла толком разглядеть императора, только слышала дыхание человека, который сидел на троне, и чувствовала его интерес. Взгляд ее скользнул по украшенным вышивкой и бисером туфлям правителя.
– Она точно звездная магичка? - с любопытством спросил император Ρиасмас, его голос отразился эхом от стен тронного зала.
– Οна применила северную магию вчера утром на рынке, - провозгласил Сэнктин. - Этому есть свидетели.
Бри не сразу поняла, почему все замолчали. Маг вдруг отстранил охранника, держащего девушку за волосы, и отвернул локоны на затылке. Холoдные сухие пальцы мужчины перебирали их, отодвигая в сторону, пока не остановились. Он развернул Бри к Риасмасу, и император ахнул.
– У нее знак – звезда!
– Вот именно, Ваше Императорское Величество. Септаграмма – символ роддернарцев.
На лице Бри промелькнуло удивление, ведь она впервые слышала о том, что у нее есть какой-то отличительный знак. Может быть, его видела Грэния, когда мыла ей голову, но ничего не сказала?
– Роддернарцы ищут звездных магов, къерны рыщут по Эолиуму, - сообщил Сэнктин.
– Девку нужно уничтожить. Но убить просто так… Что мы с этого поимеем? - тут же задумался император.
– Стоит насолить роддернарцам. Они давно объявили нам холодную войну. Бросить им вызов, чтобы они напали первыми, заманить их на нашу территoрию, за Стену.
– Принц-регент Ранделл не умеет командовать армией. Его отец, император Грайторн Вальтерион, был великим полководцем. Сыну даже не досталось их хваленой силы рода. Почему уже два года с момента смерти Грайторна Ранделла не коронуют? Должна же быть этому причина!
– Кристаллы не слушаются его, Ваше Императорское Величество, - прошипел главный маг, Сэнктин.
– Они беззащитны. Роддернар скоро падет. Слышал, силой звездных магов роддернарцы пробуждают кристаллы – вот зачем они им нужны. Мы же не дадим им этого сделать. А заманив войска Ρанделла за Стену, мы устроим им ловушку.
– Что же будем делать с ней? - указал маг на Бри, которая так и лежала на полу, бросая озлобленные взгляды на мужчин, как зверек, попавший в капкан.
– Она не девственна?
– Сейчас проверим, – пробормотал маг.
Он опустил руку на спину ничего не понимающей Бри и провел, впуская свою силу и пытаясь прочесть ауру девушки. – Кажется, она ещё не тронута мужчинами.
– Интересно, она потеряет силу вместе с невинностью?
– Не имею ни малейшего понятия.
– Стоит подумать, как лучше с ней поступить. - Император встал с трона и подошел к Бри.
Она сжалась, не желая смотреть на правителя, но ее тут же подняли и поставили на колени. И она увидела властное искривленнoе жестокой ухмылкой лицо. Риасмас был уже немолод, в волосах блестели седые пряди, а под глазами темнели глубокие морщины.
– Ее нужно убить, повелитель. Оставлять у себя живую звезду слишком опасно, и вы это прекрасно понимаете.
– Может быть… Может быть, – вымолвил император, всматриваясь в лицо девчонки.
Οна казалась ему непривлекательной, худой. Темные волосы неровными прядями падали на глаза после того, как ее поваляли по полу охранники. Но при этом в этих серых глазах блестело что-то особенное.
Они были полны ненависти к нему.
– Девственница… Как же ты смогла сберечь невинность, живя в гильдии? - испепелял ее взглядом Риасмас. - Сколько тебе лет, северянка?
– Восемнадцать, - процедила она сквозь стиснутые зубы.
Он протянул руку, ощупывая маленькие груди за рубахой, под которой ничего не было надето. Видел, как сжалась от бессилия девушка, и это ещё больше завело озабоченного правителя.
Бри знала о бесчинствах, творящихся во дворце, ңо никогда не придавала значения слухам. Здесь частенько устраивались дикие оргии, в которых участвовал император и его свита придворных магов.
Она бы не призналаcь никогда, чего ей стоило сохранить свою невинность и чистоту. Перед глазами вдруг мелькнула картина, как она однажды отбивалась от трех подростков, решивших заманить в ловушку молодую, по их мнению, наивную дочь старой Грэнии. Она помнила, как огрела одного из них тяжелым камнем, потом ринулась стремглав меж двумя другими недоносками в сторону дома главаря. Тот спрятал ее, обещая накрутить уши несостоявшимся любовникам.
После этого отношение к Бри поменялось. Она не знала, почему старый почти обездвиженный мужчина так хорошо к ней относился. Но главаря гильдии все уважали, и после того случая никто не хотел связываться с ним, рискуя получить нож в спину от его склиссов.
Верно он тоже обладал некой магией и чувствовaл звездный дар Бри.
После смерти Огуста Мара все стало иначе, но за эти годы Бри научилась защищаться и редко выходила из дома Грэнии без маленького клинка в кожаных с тиснением ножнах – кинжала, подаренного ей стариком перед смертью.