- А! А что делать? – спросила. - Мне же еще с Тепилцином заниматься, он же меня засмеет, скажет, что я испугалась, вот и не пришла.
Но ответа у Коаксок не было. А индеец все продолжал стоять.
- Мужчина! – подошла к нему и дотронулась до предплечья. Это было единственное, что не было укрыто панцирем.
Он резко обернулся и стал рассматривать мой наряд подозрительно пристально:
- Вы извините нас с подругой, вы, наверное, купаться пришли, а мы вам тут помешали. Правда насколько я знаю, местные мужчины купаются вон там, - указала я вдаль, где был утес, с которого молодежь предпочитала прыгать – Мы пойдем?
Да, блин, он что тупой! Жаль, красивый, но тупой!
- Все, Коаксок, вставай, тебе разрешили. Пошли.
Да ладно, она все равно не видит. Поэтому резко схватив ее за руку, дернула на себя.
- Коаксок не тупи, пошли быстрее. – смешивая русские и ацтекские слова потянула я ее за собой, прочь с пляжа.
Как ни странно, этот индеец на пляже не остался, а поплелся за нами. Причем шел по той же дороге, что и мы, пусть и на небольшом расстоянии, но не упуская нас из вида. Я попробовала ускорить шаги, он тоже ускорился.
- Слушай Коаксок, а может, к твоей подруге зайдем. Ну, той смешливой – Зельцин, кажется.
- Нет, Коатликуэ, нам домой нужно. Если мы не придем, отец меня на маис поставит.
- Дикость, какая. Тогда пошли быстрее. – сказала я ей. - А то этот расфуфыренный, как-то напрягает. – уже по-русски добавила я.
Но войдя во двор, мы попали под взгляды десятка два воинов, разодетых не менее пышно, чем встретившийся нам на пляже, с той лишь разницей, что вместо золотого панциря они носили стеганые хлопковые доспехи – эскаупили*, а шлемы их вместо царского символа украшали пучки длинных перьев, скрепленных пряжками с каменьями.
Увидев нас, они поклонились, коснувшись сначала земли, а затем лба и с шелестом:
- Коатликуэ! – уткнулись лбами в землю.
Коаксок проделала тоже самое.
Ну, блин!
Стало ужасно неловко. Ладно, простой народ, а тут закаленные в боях воины:
- Встаньте, о, прославленные воины тлатоани Мантессумы! Не вам лежать в пыли двора.
Словно только ждавшие этого приветствия воины поднялись и, подняв в воздух свои копья, стали скандировать:
- Коатликуэ! Коатликуэ! Коатликуэ!
Я же почувствовала, как за моей спиной возникла фигура прынца в золотых доспехах. Причем так близко, что я спиной ощутила тепло, нагретого на солнце металла.
_ _ _
эскаупили* - ацтекские панцири, представлявшие собой куртки из стеганого хлопка, предварительно вымоченные в рассоле; после такой обработки они приобретали жесткость и надежно защищали тело от стрел и ударов копий.
Еще больше визуализации в группе
https://vk.com/public179114243
Глава 5. От имени Куаутемока.
Куаутемок.
Я вернулся с очередного похода, где нам сопутствовала удача и благословления Уицилопочтли. Меня встретила моя красавица жена Течуишпо. Она была дочерью дяди - тлатоани Монтесумы. То, что мы станем мужем и женой мы знали еще с детства. Нежная, тихая и спокойная Течуишпо нравилась мне всегда, именно такой я представлял себе главную жену, поэтому, когда пришло время, я отправил сватов к ее дому.
Но к нашему большому сожалению, как бы мы не молились и не подносили дары мудрой Иламатекутли, чрево моей Течуишпо так и оставалось пустым. И вот спустя восемь лет, я все чаще стал задумываться о том, чтобы выбрать вторую жену.
Но не успел я омыться с пути, как из дворца тлатоани прибежал гонец, с приказом, как можно быстрее явиться перед ясные очи дяди. Облившись холодной водой, и, не теряя более не минуты, отправился во дворец.
Дворец я знал не хуже своего дома, поэтому привычно отправился к залу приемов. Перед дверью пришлось снять сандалии и накинуть грубый темный плащ, чтобы скрыть под ним свои роскошные одеяния. Только после этого мне позволили переступить порог и войти в большой зал, где уже собралось множество знатных мужчин и несколько женщин. Все они стояли неподвижно и были закутаны в такие же грубые плащи. Дальний конец зала отгораживала позолоченная деревянная ширма, из-за которой доносилась нежная музыка.
Я остановился посредине зала, освещенного благоухающими факелами. Все равно должен был выйти советник и позвать, каждого приглашенного. Несколько знакомых приблизилось ко мне тихо приветствуя, громко разговаривать здесь было неприлично.