– Привет тебе, принц, – проговорил советник. – Царственный Монтесума желает говорить с тобой и с твоими спутниками.
– Делай все, как я, – шепнула мне Течуишпо, и мы направились к деревянной ширме. Когда мы вошли, ширму за нами задвинули, отгородив нас от зала.
Некоторое время мы стояли неподвижно, сложив руки и потупив глаза, пока нам не сделали знак приблизиться. И только Уанитль подошел к отцу и поцеловав перстень на его руке, сел на небольшую табуретку у его ног.
– Рассказывай, племянник, – негромко, но повелительно проговорил Монтесума.
– Я прибыл в город Точтепек, о прославленный Монтесума! Я нашел там дочь богини Коатликуэ – Китлали и привел ее сюда. Я также принес в жертву верховного жреца согласно твоему царственному повелению и теперь возвращаю знак императорской власти.
С этими словами Куаутемок передал советнику перстень Монтесумы.
– Почему ты так задержался, племянник?
– В дороге случилась беда, о царственный Монтесума! Из-за разлива реки, нам пришлось идти кружным путем, по тому, что заходит на территорию Тласкалы. На наш отряд напал сам наследник тласкаланского дома Эхекатль. И только отвага Китлали спасла наши жизни. Теперь я и воины моего отряда должники жизни дочери богини.
Только тогда император ацтеков впервые обратил ко мне взор. Один из советников подал ему свиток, и Монтесума принялся читать письмена-рисунки, время от времени поглядывая на меня.
– Описание точное, – проговорил он, наконец. – В нем не сказано только одного – что она прекраснее любой женщины Анауака. Так что же мне с тобой делать, дочь богини?
_ _ _
аксолотли* - личинки саламандр, которые выглядят как тритоны.
тиакис** - рынок.
Глава 13. Покровительство Папанцин.
- Так что же мне с тобой делать, дочь богини?
Этот вопрос заставил меня сжаться в предчувствие чего-то страшного. Но тут из кресла, что стояло справа от нас, и которое я до этого не видела, поднялась женщина. Она была уже давно не молода, но ее лицо все еще хранило следы красоты. Наверное, в молодости она была первой красавицей дворца ацтеков. Сейчас же прожитые годы, оставили на ней свои следы. Но даже, несмотря на это, я видела мало индейцев с таким привлекательным и одновременно печальным лицом. Крупицы этой красоты достались и Течуишпо, позволив ей стать первой красавицей Анауака.
- Царственный мой брат! – обратилась она к нему. – Ну, ты совсем засмущал нашу гостью, разве так можно!
- Что ты хочешь сказать, сестра моя Папанцин?
- Только то, мой царственный брат, что годы мои идут, и я отнюдь не молодею. Боги не позволили мне иметь детей, так пусть же эта девушка станет моей дочерью. Если, конечно, она не будет против. – повернулась ко мне эта добрая женщина
- Не думаю, что кто-то, пусть даже и дочь богини, откажется от того, чтобы стать племянницей императора Анауака.
- Я вижу, что у нее доброе сердце. – продолжила Папанцин. – Кроме того, я знаю, что наша гостья знахарка и повитуха. А значит ты, царственный мой брат, не сможешь отдать ее замуж по своему усмотрению.
Мне показалось или это замечание расстроило императора.
- Хорошо, сестра, пусть будет по-твоему. Я не буду против, если Китлали войдет в наш род, как твоя дочь.
- Спасибо тебе, Монтесума. Ты как всегда прозорлив и справедлив. – ответила Папанцин со всем почтением, но сарказм в ее словах мне, наверное, послышался.
На этом наша аудиенция у императора закончилась. Папанцин позвала меня и Течуишпо на чашечку шоколада или, как его называли сами ацтеки, шоколатль.
Покои Папанцин были инструктированы кедровым деревом и золотом, как и весь дворец Чапультепек, выстроенный совсем недавно. Как символ императорской власти Монтесумы.
Когда мы со всем комфортом расположились в покоях любимой сестры Монтесумы, Папанцин обратилась ко мне.
- Девочка моя, я конечно понимаю, что не о такой матери ты мечтаешь. Но я бы очень хотела тебе помочь, раз это в моей власти. Мое имя даст тебе защиту и высокое положение. Кроме того, ты не будешь ни в чем нуждаться. Я уже стара, и других детей у меня нет. Поэтому все мое состояние впоследствии перейдет тебе и твоим детям.
- Почему вы мне помогаете? – спросила я.
- Не знаю. Может старческая блажь, а может в тебе я вижу молодую себя. Красивую и амбициозную. Не думаю, что тебе понравиться, если тебя выдадут замуж за кого-нибудь по приказу императора. А ведь именно это и хотел сделать брат.
- Спасибо! – у меня просто не было слов. Эта добрая женщина поняла меня с одного взгляда и бесхитростно решила мне помочь. – Я согласна! Я не могу обещать вам свою дочернюю любовь, но уважение и почтение обещаю.