- А еще лучше увезти принцессу в более холодный климат, хотя бы на пока. Ее тело плохо переносит удушливый зной долины. Прислушайтесь к словам обычной повитухи, царственный принц! – смягчила она под конец свою обличительную речь.
- Я подумаю над твоими словами, женщина. – ответил Уанитль, заметив, что я прихожу в себя.
- Как ты, Звездочка? – тут же бросился он ко мне.
Коаксок же положила на мой лоб ткань, намоченную в холодной воде. О, кайф!
- Уже лучше! – улыбнулась я мужу.
Только судя по его нахмуренному лбу, улыбка получилась так себе.
- Пойдем-ка домой, жена моя!
И бережно подняв меня на руки, Уанитль отправился во двор. Где аккуратно посадил меня в палантин.
Вечером муж срочно сбегал во дворец, а придя домой огорошил новостью, что завтра я уезжаю в Тотиман. Город в землях северных отоми. Вопрос, почему именно туда задавать не пришлось. Я прекрасно знала, что мать Уанитля была принцессой именно этого племени.
- Я больше никому не могу доверять, кроме деда! – прижав меня к себе, тихо прошептал муж. – Особенно сейчас.
Следует сказать, если только я не говорила этого раньше, что держава ацтеков объединяла самые разные народы. Кругом обитало множество племен. Одни были подданными ацтеков, другие – их союзниками, а третьи – их смертельными врагами. К числу последних относились, например, тласкаланцы, что сейчас перешли на сторону Кортеса. К северу от тласкаланцев и ацтеков в горах жил, многочисленный народ отоми, разделенный на несколько племен. Горцы-отоми гораздо мужественнее ацтеков и отличаются от них по языку и происхождению. Временами они входили в могучую державу ацтеков, временами были их союзниками, но иногда вступали с ними в открытую борьбу на стороне тласкаланцев.
Насколько я знала, народность отоми делилась на несколько независимых племен. Вождем северных горных отоми и был дед Уанитля – Тоноак.
Монтесума, не сумев завоевать отоми силой, согласился на брак с принцессой самого многочисленного северного племени. Но, родив императору ацтеков двоих детей – Уанитля и Течуишпо, принцесса отоми скончалась.
Уанитль считался наследником не только ацтекской империи, но и племен отоми, так как у его деда Тоноака больше не было прямых наследников мужского пола.
Вот к своему народу по матери и отправлял меня мой муж, оставаясь при этом сам в Теночтитлане, так как дела империи не могли отпустить его так надолго. Мне же предстояло провести в гостях у горцев всю оставшуюся часть лета. Конец июля и весь август. Или два ацтекских месяца – тлашочимако и шокотлуэци. И только в начале третьего – очпанистли, я смогу вернуться в Теночтитлан.
И как не хотелось мне остаться с мужем, боязнь не выдержать этой жары и потерять ребенка, сделали меня более послушной.
- Я буду очень скучать! – ответила я, прижимаясь к мужу.
- А я оставлю с тобой свое сердце, моя Звездочка!
В ту ночь мы долго доказывали ласками, как нам будет не хватать друг друга. Уанитль шептал мне, как любит меня и нашего малыша, как ему будет нас не хватать, и как его сердце рвется за нами. Я же шептала только одно:
- Береги себя! Пожалуйста, береги! Я не переживу, если с тобой что-нибудь случится!
- Глупая моя Звездочка! – отвечал мне муж. – Что может случиться со мной?
- Не знаю! Но мне страшно!
И Уанитлю приходилось ласками успокаивать меня до самого утра.
А наутро я отправилась в путь. И вместе со мной отправили младшего наследника – принца Чимальпопока.
- Ему будет пока лучше вдали от столицы. – ответил муж на мой невысказанный вопрос. – Так же, как и тебе. Дед – единственный, кому я могу сейчас доверить свою семью!
- Что-то случилось? – спросила я.
- Я со всем разберусь, не переживай! Ты должна сейчас думать о себе и о моем будущем наследнике, а не забивать голову дворцовыми интригами. – поцеловав меня на прощанье, Уанитль дал носильщикам отмашку двинуться в путь.
Глава 26. В гостях у отоми.
По обычаю, первыми отправились гонцы, а потом и мы двинулись в путь. Со мной Уанитль отправил сто своих лучших воинов. Личная гвардия принца, самые проверенные и преданные люди – воины, выросшие вместе с ним. Кроме того, еще около пятидесяти мужчин несли поклажу.
Путешествовали мы с большой пышностью, но редко останавливались в попадающихся по пути городах. Но это не мешало горожанам чествовать нас. Стоило только вступить в какое-нибудь поселение, как, казалось, на его улицы высыпали все жители, оглушая нас дикой музыкой. Под ноги воинам и носильщикам кидали лепестки георгинов и зерна амаранта.