Испанец резко замолчал, с удивлением глядя в мою сторону. Стоит заметить, что удивлены были все персонажи наше маленькой мизансцены, да еще и зрители из числа испанцев и индейцев, которых привлек поднятый нами шум.
- Руку дай, осмотрю! – приказала я своему пациенту.
Он, не говоря ни слова, протянул мне свою больную руку.
Прощупав ее поняла, что у испанца вывих. Но вывих давний, осложненный большой опухолью.
Оглядев зрителей, заприметила среди них более атлетически сложенного, и обратилась именно к нему:
- Мне нужно вправить вывих, придержите!
Мужчина, по виду напоминающий древнерусского богатыря, только более южной внешности без слов схватил моего больного так, как я показала.
- Будет немного больно! – предупредила я своего пациента, вставляя ему в рот кляп в виде округленного бруска.
Испанец посмотрел на меня ошалелыми глазами, но ничего не сказав, просто кивнул.
Я же, взяв его руку нужным образом, резко дернула. Пациент замычал сквозь кляп. Но уже через секунду, почувствовав облегчение, с благодарностью воззрился на меня. Вынув из своей сумки квадратный кусок ткани, повесила вправленную руку больного в косынку.
- Несколько дней не напрягать и вообще не вытаскивать.
Испанец, вытащив, наконец, кляп, рассыпался в благодарности, не переставая сыпать на меня всевозможные комплементы.
- Да! – протянула я. – А всего-то десять минут назад была «loca». А еще говорят, что мужчины постоянны!
Стоявшие вокруг нас испанцы оглушительно рассмеялись. Индейцы же, не поняв по-испански, растеряно смотрели по сторонам. Эхекатль хмурился.
- Что здесь происходит? - командным голосом спросил по-испански довольно приятный мужской баритон.
Смех и разговоры в толпе тотчас стихли. Оторвавшись от пациента, с удивлением повернулась в сторону вопрошающего. Среди расступившейся толпы стоял испанец, одетый в дорогую, но пыльную и местами потрепанную черную одежду. Белым пятном выделялся лишь ворот рубахи, выглядывающий поверх воротника - стойки бархатного камзола.
- Донья Арина вправила руку Томаса, сеньор Кортес. – тут же кланяясь ответил вставший перед ним Энрике Корреа.
- Донья Арина?
Я встала, не спеша протерла руки спиртовым душистым лосьоном, который всегда таскала на случай дезинфекции, вытерла небольшим куском чистой материи, отряхнула подол своего платья, поправила выбившийся из, наверное, уже растрепавшейся косы, локон. Косу тоже перекинула вперед. Все это я проделала под взглядом десяток глаз. И хотела уже подойти к конкистадору для приветствия, как мой путь спинами перегородили Эхекатль с сопровождающим.
Но я подвинула Эхекатля в сторону, положив ему ладонь на предплечье. И гордой лебедушкой пошла в сторону Эрнана Кортеса, смотрящего на меня с каким-то недоверием и непонятным огоньком в темно-карих, почти черных глазах. Насколько я поняла, это был именно он – будущий вице-король Новой Испании. Не дойдя до будущего завоевателя Мексики несколько шагов, вытянула руку ладонью вниз.
- Сеньор Корреа, представьте меня, пожалуйста. – слегка улыбнувшись, попросила я, вовремя вспомнив, что дамы раньше сами не представлялись.
Матроса дважды просить не пришлось, он, тут же извинившись передо мной за нарушение этикета, встал с правой стороны.
- Сеньор Кортес, позвольте представить вам донью Арину Во… - в смятении и ужасе посмотрел на меня.
- Воронцова. – с улыбкой подсказала я.
- Донья Арина Воронцова, из Московии. - с явным облегчением закончил матрос.
Физически ощущала, как затылок мне сверлит хмурый взгляд Эхекатля. Тласкаланец подошел ко мне почти вплотную, стоя за плечом. Только плечо выбрал не то, для хранителя.
Эрнан Кортес же не обратил на индейца внимания. Зато мне улыбнулся такой слащавой улыбкой. Что только усилием воли удалось не скривиться.
- Эрнан Кортес, капитан – генерал испанской армады! – нисколько не смущаясь, представился он. – Что такая красивая сеньорита забыла в этой варварской стране?
- Это длинная история, сеньор Кортес. – ответила я и, чтобы переменить тему, спросила. – У Вас есть еще больные?
- Да, у нас несколько человек слегли от лихорадки и трое от пневмонии.
- Можно мне их осмотреть?
- Донья Арина Воронцова – медик. – тут же встрял Корреа.
- Что ж, донья Арина, мы будем Вам признательны, если Вы сможете нам помочь. Позвольте я сам Вас провожу.